Абсолютно автономный мозг абсолютно бесполезен. Для его нормальной работы необходимо, чтобы в него могла поступать информация из внешнего мира и возвращаться через действия человека. Люди вынуждены общаться, если хотят осмысленно жить, размножаться и проявлять доминантность. Доказать в одиночестве своё божественное начало и величие духа – даже при массовом уничтожении клопов, мух и тараканов - невозможно. Для этого нужны похожие на вас зрители, ценители и соучастники события. Иначе говоря, даже для утешения обезьяньих страстей необходимо хоть какое-то сообщество. Для его поддержания необходимы средства общения между особями. Проблемы взаимодействий решаются по-разному. Среди наиболее непривычных нам способов следует упомянуть электромагнитные взаимодействия, которые существуют у рыб, обитающих в непрозрачной воде. С помощью восприятия динамики электромагнитных полей они передвигаются, питаются, избегают опасности и размножаются. Их мир настолько своеобразен, что для его анализа возник и специализировался огромный мозжечок, размер которого превышает размеры всего остального мозга (Савельев, 1998, 2001, 2005). Нам крайне трудно представить ассоциативные процессы, происходящие в их мозге, поскольку похожих органов чувств у нас нет.
Не менее оригинальна и поучительна жизнь существ, отличающихся от нас наличием другой ведущей системы афферентации. Речь идёт о главном органе восприятия внешнего мира для каждого вида животных. Если для приматов и кошачьих ведущим органом чувств является зрение, то для кротов, мышей и собак - обоняние. При таком сравнении мы имеем хотя бы общие представления о том, что могут чувствовать эти животные. Однако до понимания мироощущения слепых норных существ нам очень далеко. Не стоит обольщаться и пониманием жизни собак, которые живут с нами, но в своём мире баланса запахов, зрительных и слуховых ощущений.
Нашему пониманию ещё менее доступны способы общения насекомых. О пчёлах известно довольно много, но важнейшие коммуникационные физические сигналы слабо изучены, а их сочетание с контактной передачей зрительных и химических сигналов затрудняет общее понимание взаимодействий. Для нас огромную роль играет зрение, немного меньше - слух и обоняние. Это дистантные анализаторы, к которым надо добавить тактильную чувствительность и массу внутренних сенсорных систем.
Посмотрев на себя в зеркало, легко убедиться, что зрительные взаимодействия очень приятны, удобны, информативны, но явно недостаточны. У нас цветные птичьи перья не растут, кожа цвет, как у каракатиц, не меняет, а выражения лица не богаче, чем у барбосов и хомяков. С обонянием у приматов дело совсем плохо. Мы, к сожалению, микросматики. Этим словом принято обозначать никудышных нюхачей, которые не могут сравниться ни с грызунами, ни с хищниками. При помощи обоняния можно найти пищу или самку, но сложную информацию запахами передавать крайне затруднительно. Обоняние сложилось для поиска пищи и половых партнёров, но никак не для обсуждения проблем термодинамики и космологии.
Развитие и соблюдение правил внутривидовых взаимодействий является частью эволюционного процесса, необходимого для отбора. При этом форма общения совершенно не важна. Она может быть тактильной, химической, электромагнитной, речевой, символьной или демонстрационной, но главное - сам факт её существования. Результатом любого взаимодействия являются добыча и конкуренция за пищу, размножение и доминантность. Эти незатейливые биологические процессы требуют простых, но предельно ясных способов общения. Как явствует из оценки убогости наших органов чувств, выбор у нас небольшой.
Методом исключения мы докатились до слуха и тактильной чувствительности. На ощупь в темноте можно совершить много подвигов и даже изготовить коллекцию потомков, но затейливого общения на более абстрактные темы не получится. Таким образом, у нас остаётся довольно скромный выбор инструментов коммуникации. Мы можем генерировать звуки и неплохо их изменять, как многие приматы. Более того, даже в головном мозге обезьян встречаются области, ответственные за синтез сложных звуковых сигналов (Савельев, 2023б). Наша речь возникала очень долго и сформировалась до приемлемого информационного уровня несколько миллионов лет назад. Её появление было результатом не биологической, а направленной гоминидной эволюции, построенной на искусственном отборе по принципам церебрального сортинга.
Следовательно, речевые взаимодействия являются результатом направленного гоминидного самоотбора, который был описан мной ранее (Савельев, 202За, б). В настоящем повествовании основную роль играет не сам факт возникновения речи или письменности, а способы их использования в личных целях. Всегда возникает естественный вопрос о значении развитой речи в судьбе конкретного человека.