Таким образом, религиозный детерминизм свободы воли становится аналогом природной лимбической системы. Жёсткое закрепление в коре набора практически неизменяемых религиозных парадигм сознания уничтожает все потенциальные возможности появления моральной автономности свободы воли. В этом плане природный и религиозно-теологический детерминизм ничем не отличаются друг от друга. Для людей с такой конструкцией мозга правомочны все рассуждения философов как религиозного, так и лимбико-атеистического направления. По сути дела, мы сталкиваемся с прямой зависимостью между типом сознания и поведения человека. Напомню, что ранее мной была разработана модельная система из трёх видов сознания, которая детерминирует наши возможности (Савельев, 2021б). Первичным сознанием является комплекс центров лимбической системы. Он содержит врождённый набор инстинктивно-гормональных мотиваций поведения. Вторичное сознание построено на включении в адаптивные социальные процессы неокортекса. Однако он несамостоятелен, поскольку все задачи и цели ему устанавливает лимбическая система. Неокортекс становится подчинённым исполнительным механизмом лимбических мотиваций. Третичное сознание базируется на неокортексе и произвольном мышлении, которое может противостоять первичному и вторичному.
Следовательно, обезьянье-теологический вариант свободы воли базируется на первичном и вторичном сознании. Ему может быть противопоставлено только здравомыслие третичного сознания. В этом случае свободой воли является осмысленное освобождение собственного мозга от диктата лимбической системы и религиозно-детерминистских социальных инстинктов. Кто с этим справляется, тот становится человеком, а кто не может - остаётся говорящей обезьяной. Основная проблема рассудочной свободы воли состоит в том, что для неё необходима довольно редкая конструкция головного мозга. Она в той или иной мере присутствует у всех людей, но доминировать над лимбической системой может далеко не у всех. По сути дела, рассудочная свобода воли является свеженьким эволюционным новообразованием, которым обладают только Homo sapiens sapiens. Это очень удачное видовое название, которое подразумевает существование и более облегчённого, в отношении конструкции неокортекса, базового Homo sapiens. При сходстве соматических признаков и способности к репродукции различия мозга превышают видовой уровень (Савельев, 2024). Поскольку конструкционные особенности мозга очень плохо наследуются, ожидать выделения самостоятельных подвидов пока не приходится.
Необходимо отметить, что полноценное и успешное неокортикальное доминирование над обезьяньими принципами бытия всегда уникально. Как правило, мы имеем дело с бесконечными вариантами переходных состояний. В этих случаях возникают многочисленные внутренние противоречия, непоследовательность решений, переменчивость в желаниях и поступках. Всё это является отражением двойственности нашего сознания и эволюционной динамики видообразования Homo sapiens sapiens. По этой причине даже в современных философских концепциях вместо простейшей понятной свободы воли, построенной на двойственности сознания, каждый раз выдумывался сложнейший и запутанный лингвистический лабиринт. Его природой неизменно становились оправдания аморальности или религиозности авторов, а сутью - подмена туманной терминологией честной легализации самых любимых пороков.
По этой причине философско-религиозные рассуждения по поводу свободы воли имеют большое историческое значение как памятники научной мысли. Однако рассмотрение моральных источников свободы воли является наивным заблуждением, которое было порождено незнанием основных принципов работы мозга. К сожалению, красивые натурфилософские построения и изящное словоблудие делают честь мыслителям прошлого, но крайне далеки от истины. Свобода воли является следствием двойственности сознания человека, базирующемся на элементарных морфофункциональных особенностях эволюции мозга.
Все эти рассуждения имеют только одну цель - попытаться объяснить природу преодолимых и непреодолимых ограничений в развитии личного мозга. От понимания этих явлений зависят объективная самооценка и результаты самосовершенствования.