– Ответственный, говоришь…, – я кивнул, когда Сартр задумчиво оглядел меня, – знаешь, а у меня ведь есть одна действительно ответственная работа для столь инициативного молодого человека.
– Что бы Вы ни предложили, мой ответ – да!
(После этого я дал себе слово никогда-никогда не признаваться Кэт, что я теперь драю полы во Дворце Культуры)
– Ну что там? – Поинтересовалась у меня девушка, когда я подсел к ней и Маше в аудитории.
Не ври. Скажи ей правду.
– Да всё супер, – инстинктивно усмехнулся я, – нормальный Сартр оказался мужик, сразу меня на одну из главных должностей поставил.
– О, серьёзно? Ну вот видишь, а ты боялся.
(Вижу, ещё как вижу)
– Нормальный мужик, забудем только, что он к Кэт полуголый прижимался, – тут же вставила Маша свои «пять копеек».
Я лишь закатил глаза.
Сидевший позади нас Антон мгновенно «тригернулся»:
– Ой блять, тоже мне нашли проблему – мужик яйцами прижимается. Вот я устроился сторожем работать, до меня там местная старуха-извращенка домогается. А мне, блять, куда деваться, теперь если не трахну её – работу потеряю, а мне ведь нужна работа!
Реакция была неоднозначная – Кэт расхохоталась, Маша закатила глаза, я же просто закрыл уши руками, чтобы больше не слышать о том, как к моей девушке кто-то там прижимался.
Ну а сидевший рядом с Антоном Серёга храпел за партой.
(Знаете, могу сказать, что последняя пара в году могла пройти себе тихо и спокойно, да мы бы все разошлись, и всё бы обошлось)
Но как все прекрасно понимают, «всё бы обошлось» – это не про мою жизнь.
А значит, они точно также понимают, что испортил всё именно Димас.
Хоть этот мудак открыто и не доёбывал меня – очевидно, всё дело в том, что до сих пор надеялся на что-то с Кэт – но сейчас именно он пожаловался, что доска грязная, а ему впадлу вставать и мыть.
Сидевшая рядом его новая подстилка в лице старосты Саши сразу же громко съязвила:
– Воронцов, можешь пойти вылизать, это ж тебе ради экзамена надо у Сартра в ногах ползать.
Она довольно ухмыльнулась, заметив, как я поморщился от неприязни к её словам.
– Впрочем, он любит в мужских ногах ползать, – поддержал «свою тёлочку» Димас.
Как ни делай вид, а Кэт с Сашей теперь заклятые враги.
И когда одна задевает чем-то парня другой…
Короче, для Кэт это было как нападение без объявления войны. Польша тут и рядом не стоит.
Я обречённо опустил взгляд, когда брюнетка гордо выкрикнула:
– Вообще-то он у Сартра в спектакле участвует, причём в главной роли!
(Погодите-ка, вот такого даже я не говорил!)
Но все тут же оживились, и уставились на меня.
– Да ну? – Не поверила своим ушам староста, – Воронцов, а чё ж молчал-то?
– Да! – Не могла Кэт уже угомониться.
«Заткнись, заткнись, прошу тебя…»
– Там вообще такое ответственное мероприятие, и всё на нём держится… и там по всем могут за такое автоматы поставить, не только по литре.
Кэт самодовольно усмехнулась.
(Поздравляю, любовь моя, теперь ты официально дура)
Но хитрые РУССКИЕ глаза Димаса загорелись, и он, поднявшись из-за своего места, обратился ко мне:
– Воронцов, а чё ты жмот такой тогда? Давай, пристрой нас всех на помощь спектаклю, все же хотят автоматы, да?
Разумеется, как я того и боялся, слово «Да» полетело со всех сторон.
Даже храпевший только что Серёга, уже натренированный за три года университета, мгновенно подскочил и выкрикнул:
– Да! Стоп, а о чём речь?
Антон, к которому он обращался, лишь с отвращением поглядел на одногруппника.
Я же понимал, в какой я жопе.
Давай, выбирай… опозориться перед своей девушкой, её бывшим и всеми остальными сейчас, или же потом, когда станет ещё хуже?
По-моему, выбор очевиден.
– Или чё, сдулся наш каменного цветка мастер? – Саркастично усмехнулся Димас, и Кэт с безнадёжным видом опустила взгляд.
– Ничё я не сдулся! – Запротестовал я, – пристрою я всех желающих, не беда.
Браво. Всего из двух вариантов ты умудрился выбрать неправильный.
«Мозг, ты официально уволен»
Всю пару я в состоянии мандража, с вытаращенными глазами, без движения сидел на месте и просто смотрел в одну точку перед собой.
(Справедливости ради, в этой точке я видел, как все называют меня ничтожеством, начинают ржать, а Кэт уходит за ручку с Димасом)
В это время заикающийся препод пытался выговорить из последних сил:
– Жа-жа… жа… жа-ра л-лет… ле-том будь… будет…
Искренне надеюсь, что эта самая жара меня и сожжёт до смерти.
Желательно, до конца этой самой пары.
***
После пары я с остервенением мыл полы на сцене в университетском Дворце Культуры, думая о том, как придушу Сашу, а потом сброшу громадный шкаф на Димаса, и его прибьёт этим самым шкафом…
К слову, на сцене я опять был один.
Хорошо проходят репетиции, уборщик бывает во Дворце в сто раз чаще, чем актёры. Эти специалисты Сартра вообще помнят, что через три дня концерт? Даже нас Кэт чаще прогоняла по материалу… хоть и не помогло…
А вот и сама Кэт появилась на горизонте.
Лишь заметив её, я понял, что надо что-то придумать, и… сделал первое, что пришло в голову…
Залез на швабру как Гарри Поттер. Ну а что, могло быть и хуже.
– Лёш, ты что, полы здесь моешь? – Не поняла девушка, поднимаясь на сцену.
