Троим людям трудно было справиться с управлением катамараном, особенно в узких протоках, но поскольку плыли они вниз по реке, то рано или поздно течение должно было принести их к цели. Если только не появятся враги. Джереми до сих пор оглядывался через плечо, выискивая взглядом лодки с вооруженными людьми или фурий, которые могут гнаться за ним по реке. Но все было спокойно.
И он заприметил, что Карлотта тоже беспокойно озирается, в то время как Арнобий почти не отходил от своего драгоценного стола, с головой уйдя в исследования.
На стенах кубрика были развешаны карты, среди которых особо выделялась одна, самая старинная.
Арнобий решил, что возвращаться обратно не имеет смысла, потому считал эту карту уже ненужной. А Карлотта изучала карту слишком внимательно, и Джереми заподозрил, что девушка старается ее запомнить.
Утром, когда все обстояло благополучно и судно скользило вниз по течению, Карлотта быстро обсудила с новым работником условия и оплату. В довесок к уже назначенной сумме до конца путешествия Джереми обязывался выступать в роли матроса и личного слуги.
Оказалось, что ученый ничего не смыслил в подобных делах. Хотя он уже и оправился от последствий приступа, но в быту все оставлял на волю своей помощницы. При необходимости он помогал управлять судном, покорно выполняя приказы женщины, или даже Джереми, все с тем же отрешенным видом. Джереми понятия не имел, была ли назначенная ему плата мизерной или щедрой, но это особо его не волновало. Еда есть, крыша над головой тоже, и он свободно проникнет за стены Академии. Там уже он сможет более-менее свободно передвигаться, чтобы выполнить обещание, данное Сал.
Джереми все-таки решил мысленно именовать Карлотту титулом леди, придумала она это или нет. Когда она излагала парню условия работы, Джереми просто стоял и кивал в такт каждому ее слову, особо не прислушиваясь. Ему бы только пройти за ворота Академии, а там уж он постарается найти тех, кого нужно. Шли дни, и женщина никак не показывала, что помнит ту страстную ночь, проведенную вместе с их наемным матросом. Да и Джереми она стала казаться полузабытым сном.
Лишь однажды она вспыхнула румянцем, когда юноша посмотрел ей прямо в глаза, словно прочла в его взгляде больше, чем было на самом деле. Джереми почему-то было отрадно видеть ее румянец. Но больше его поразило собственное хладнокровие, которое он проявлял в присутствии этой девушки. Ведь, по всем правилам, это ему полагалось смущаться и краснеть. И еще заикаться при этом. Ответ напрашивался сам собой, — той ночью с женщиной был не Джереми Редторн, вернее, не совсем он. В этом все и дело. Иногда осознание, что он — уже не совсем он, доводило его почти до умопомешательства, но потом страх, как и смущение, быстро испарялись, сходили на нет, не успев овладеть его сознанием.
Постепенно юноша убеждался, что Захватчик действительно управлял его поведением. И доказательством служил тот факт, что он спокойно принимал этого чужака.
Для нового Джереми это превращение вовсе не казалось чем-то ужасающим. Он знал почему. Потому что Захватчик нашептывал ему где-то в глубине сознания — беззвучно, но весьма успешно: «Расслабься, все в порядке. Не волнуйся».
И то, что с ним случилось, стало восприниматься в порядке вещей. За последние дни (не без помощи своего тайного спутника) Джереми узнал, что ни один человек не остается таким же, как был. «Я», которые остаются в памяти человека, уже не существуют.
Вести неповоротливый «Арго» по реке — трудная работа для троих человек. Но, как сказала Карлотта, выбирать не приходилось. Джереми понимал, что она права. А Арнобий просто привычно поверил ей на слово. Он всегда слушался девушки, когда речь заходила о практических материях. Бросить лодку и идти пешком — это не вариант. Путешествовать по этим джунглям — это нарываться на опасности, каждый миг рискуя заблудиться.
Конечно, они все могли погрузиться в маленькое каноэ Джереми, которое до сих пор сохло на палубе катамарана — все шестеро членов сбежавшей команды втиснулись в суденышко не больше этого. Но плыть предстояло не один день, а спать на берегу в обществе огромных змей и прочих зловредных тварей не хотелось никому. На катамаране остались бы не только запасы продуктов, но и драгоценные книги ученого. Так что этот вопрос даже не обсуждался.
К тому же щели на дне каноэ постоянно увеличивались. И никто из них троих (четверых, если считать и Захватчика) не знал, как с этим бороться. Хорошенько поразмыслив, Джереми решил, что лучше каноэ куда-нибудь деть, чтобы кто-то из академиков не заинтересовался странными письменами на его бортах.
Когда Арнобий полностью пришел в себя, он принял участие в управлении судном. Его поставили на руль, поскольку река расширилась и это стало делом нелегким. Ученый ничего не смыслил в кораблях, а Джереми не умел ходить под парусом. Но Карлотта имела необходимые навыки и вскоре кое-как обучила своих спутников.
