- В моем саду. Пьем чай с хлебом и медом. Сегодня для этого самый подходящий день. - Она подняла чашку. - Но, судя по твоему настроению, мне следовало подать вино.
Сэм встал и сделал несколько шагов в сторону. Майя знала, что скоро он ей все расскажет. Независимо от того, хочет она слушать или нет. Всего несколько вечеров назад он был весел, шутил и даже уговорил ее искупаться. Но сегодня его окутывала туча.
Он всегда был человеком настроения.
- Сегодня утром мне позвонил отец, - наконец сказал он.
- Ах…
- Ах, - повторил Сэм, ухитрившись произнести односложное слово саркастически. - Он «недоволен моими действиями». Передаю дословно. Я посвящаю местной гостинице слишком много времени и вкладываю в нее слишком много денег.
- Это твоя гостиница.
- Я сказал ему то же самое. Это моя гостиница, мое время и мои деньги. - Сэм сунул руки в карманы. - Но толку я не добился. Мне сказали, что я принимаю необдуманные и опасные финансовые и деловые решения. Его разозлило, что я продал свою квартиру в Нью-Йорке, слишком много вложил в переоборудование гостиницы и прислал на июньское собрание совета директоров своего представителя, а не прибыл лично.
Понимая чувства Сэма, Майя встала и начала растирать ему плечи.
- Мне очень жаль. Неодобрение родителей - вещь неприятная. Непонимание всегда причиняет их детям боль. Даже взрослым.
- «Мэджик-Инн» - наша первая и самая старая собственность. Отец считает, что я приобрел ее с помощью хитрости. Теперь гостиница стала костью, которую он хочет у меня отнять.
- А ты решил не выпускать ее из зубов.
Сэм стукнул кулаком о кулак.
- Верно, будь я проклят. Отец продал бы гостиницу чужим людям еще несколько лет назад, если бы не был обязан сохранить ее как семейное достояние. Он продал мне «Мэджик-Инн» с радостью, но разозлился, когда понял, что я хочу там все переделать.
- Сэм… - На мгновение она прижалась щекой к его спине и снова стала шестнадцатилетней девочкой, утешающей своего мрачного и несчастного возлюбленного. - Иногда с такими вещами приходится мириться.
- Иногда приходится. - Логан повернулся к ней. - Но он никогда не был способен на это. Ни он, ни мать никогда не мирились с моей сущностью. Они всегда стеснялись меня.
Разгневанный и раздосадованный ситуацией, в которой он оказался, Сэм сделал несколько шагов по дорожке.
- В его крови этого не меньше, чем в моей. - Он заметил, что Майя хотела что-то сказать, но остановилась. - Что? Говори!
- Сэм… Ладно, я скажу. У вас с ним нет ничего общего. Ты ценишь то, что имеешь, и радуешься ему. А он считает это… э-э… плохой чертой, доставшейся тебе по наследству. Как и многие другие. Поэтому ты представляешь собой нечто гораздо большее и ценное, чем он.
- Он стыдится этого. И меня тоже.
- Да. - Ее сердце заныло от жалости. - Я знаю, это всегда причиняло тебе боль. И причиняет до сих пор. Ты не можешь заставить его думать и чувствовать по-другому. Но можешь изменить собственные чувства.
- Именно так ты обращалась со своими родными?
Майя не сразу поняла, что Сэм имеет в виду ее родителей, а не Лулу, Рипли и Нелл.
- Я в чем-то завидовала тебе. Твои старики интересовались тобой и пытались как-то направлять тебя, пусть и неправильно. А здесь никогда не спорили. - Она повернулась и посмотрела на дом, который любила. - Они просто не обращали на меня внимания. Бунтовать было бессмысленно. А потом я решила, что в этом отсутствии интереса нет ничего личного.
- Ох, ради бога…
- Я знаю, о чем говорю. Так им было проще, удобнее и спокойнее. Зачем было расстраиваться, если они ничего не замечали? А если бы заметили, это сбило бы их с толку. Люди они неплохие, вот только родители никудышные. Я стала тем, кто я есть, в какой-то степени благодаря им. С меня этого достаточно.
- Ты всегда была благоразумной, - ответил он. - Я никогда не мог понять, восхищает меня это или злит. И не могу понять до сих пор.
- А ты всегда слишком поддавался настроению. -Она села на скамью. - И остался таким. И все же очень жаль, что этот звонок испортил тебе праздник.
- Ничего, пройдет. - Сэм снова сунул руки в карманы и нащупал кристаллы, которые забыл вынуть. - Он хочет, чтобы я не позднее чем через месяц вернулся в Нью-Йорк и занял свое место в компании.
Ее мир закачался. Боясь потерять равновесие, Майя вцепилась в скамью. Потом она с трудом встала и заставила замолчать часть своей души, которую тронула его боль.
- Понятно… Когда ты уезжаешь?
- Что? Я никуда не уеду. Майя, я же сказал тебе, что останусь здесь. Думай как хочешь, но это правда.
Она небрежно пожала плечами и пошла к дому.
- Проклятие, Майя! - Сэм схватил ее за руку и развернул лицом к себе.
- Веди себя как следует, - холодно сказала она.
- Значит, ты ждала, что я соберу вещи и уеду? - спросил он. - Так, да?
- Я ничего не ждала.
- Что мне сделать, чтобы ты отказалась от этой мысли раз и навсегда?
- Для начала отпустить мою руку.
