— Привет. Это тебе, как ты и хотел, — я протянул ему пластинку и подождал, пока он с немым восхищением осматривал её вдоль и поперек, крутя в руках. Его широкие ноздри раздувались, а неестественной голубизны глаза пробегали по каждому сантиметру пластинки. Было такое ощущение, что он не мог поверить в происходящее и с трудом дышал.
— Спасибо, чувак, — наконец, оторвавшись, он пожал мне с чувством руку.
— Обращайся, — я улыбнулся. — Как жизнь, кстати? — невзначай спросил я, облокачиваясь локтём о стену и подпирая этой рукой щёку. Я старался выглядеть естественно и непримечательно, но по непонимающему взгляду Мика было ясно, что я что-то делал не так. Я прекратил так стоять и, кашлянув, встал ровной травинкой в безветренную погоду. Как назло, мне в спину подул холодный воздух.
— Живу вроде, а что?
— Ничего, просто спрашиваю, — я снова улыбнулся одними уголками губ, в то же время стараясь заставить Мика хоть что-то сказать, смотря на него чуть настороженно.
— Поня-ятно, — протянул он, чуть хмурясь. — Ты, это, точно не хочешь зайти?
— А давай, — я проскользнул внутрь, едва не задев Мика, и ждал приглашения в какую-либо из комнат. Судя по тишине вокруг и жуткому беспорядку в раковине на кухне, которую я первым делом увидел со стороны, как зашёл, парень жил один. Дом был совершенно непримечательным, я бы даже сказал пустым и тихим. Быть может, Мик и вовсе снимал его, потому что мебель была старая, потасканная, а обои в двух-трёх местах и вовсе отходили от сырых стен. Конечно, тут были огромные окна, пускавшие несметное количество солнечного света. Возле кресла на кухне лежали две-три перевернутых банки из-под пива, а на самом кресле покоилась пачка из-под чипсов, уже изрядно смятая.
Мило.
— Вот, заходи на кухню, — провёл меня Мик за собой, до этого положив пластинку на тумбочку в коридоре. Он предложил мне сесть на то самое кресло, перед этим освободив его от лишнего мусора. Хотя «освободив» было мягко сказано — парень просто откинул всё подальше, стараясь скрыть с глаз.
— Спасибо, — сказал я, пристроившись на кресле, пока сам Мик опёрся о широкий серый стол позади себя. — Ты один живёшь?
— Да, родители снимают мне этот дом, — ситуация прояснялась. — Я пока учусь в колледже, и они решили, что общежитие — не для меня. Там на каждого по одной кровати и затхлой кухне на пять человек. Нет уж, я лучше один буду жить.
— Мне родители тоже обещали снимать дом на время, если я перееду в другой город.
— Тогда ты меня понимаешь, — он покивал пару раз головой, улыбаясь. В отличие от прошлого раза, когда мы с ним виделись, в этот он был какой-то потрёпанный, в футболке с двумя жёлтыми пятнами на ней, и я не думал, что это было сделано для стиля. Джинсы, правда, выглядели не так уж и плачевно, и только от белых носков на его ногах отходили нити.
— Кстати, — продолжил Мик, медленной походкой направляясь к холодильнику, который стоял в самом углу небольшой кухни, — пить хочешь? Ну ты понял, я тебе сейчас не чаю предлагаю.
— Я не пью, спасибо.
— Да ладно, ну хоть пиво, чувак? — он развернулся в мою сторону и вопрошающе глядел на меня.
— Слушай, я ненадолго зашёл, — я решил встать с кресла и отряхнуть крошки с задней стороны джинсов. В это время до меня уже доносился запах алкоголя, и я почти нос к носу столкнулся с Миком, источником этого запаха. Видно, он ещё с утра опрокинул стаканчик и не один.
— Эй, ты чего? — он ткнул холодной бутылкой в мою грудь. — Пей, раз говорят.
Я ничего не сказал и выжидающе посмотрел на Мика, не изменившись в лице. Он тоже смотрел на меня спокойно и ждал. Повисла тишина.
— Ты, кажется, говорил, что хочешь устроить со мной фотосессию? — попытался я сменить тему, но бутылку взял, чтобы не играть с огнём. Кто знал, сколько успел выпеть Мик и на что он был способен, пусть даже я готов был встать на собственную защиту, если потребуется. Но можно согласиться с тем, что лишний раз не стоило проверять его на прочность. С тех самых пор, с самой нашей первой встречи, Мик ведь довольно изменился, и сейчас он не казался мне относительно нормальным. Нет, теперь передо мной стоял юный алкоголик с глубокими мешками под глазами и тёмными синяками. Его губы чуть дрожали, и я надеялся, что это ничего не значило. Мик стоял настолько близко, что я, как говорят, буквально ощущал запах перегара и горячее дыхание на щеках. Мне захотелось отстраниться, и как же мне повезло — Мик пусть и расплылся в не совсем милой улыбке, но всё же отошёл от меня и вернулся к холодильнику, чтобы что-то взять оттуда.
— Нет, сегодня я не в настроении фотографировать.
— Окей.
Пока Мик продолжал высматривать что-то в холодильнике, у меня была возможность спросить его кое о чём:
— Как ты думаешь, где сейчас твоя девушка? — я сказал на одном дыхании. Мик закрыл дверцу и несколько мгновений стоял, не поворачиваясь ко мне.
