Мне понадобилось время, чтобы сориентироваться на местности, ведь я был у Клео всего один раз и плохо помнил маршрут. В прошлый раз меня вёл Вестер, но спрашивать у него дорогу я даже и не собирался. Поплутать вокруг да около всё-таки не было такой уж плохой затеей.
— Нам направо, — безмятежно сказал Цукерман, заворачивая в сторону. Я вновь повиновался. Возможно, стоило спросить, что он делал в том магазине на углу, просто поинтересоваться, но я мгновенно прервал эту мысль. Глупую мысль.
Пока мы шли, в небе пару раз гремел гром, но ещё совсем отдалённо, и это в какой-то мере успокаивало. Я ужасно не любил грозу и всегда боялся оказаться на улице в момент её действия. Мне, конечно, меньше всего хотелось в этом признаваться, поэтому я упрямо двигался вперёд, стараясь скорее достичь дома Клео.
— Пришли, — сказал Вестер, поднимаясь по ступеням на веранду и пропуская мимо себя одну металлическую дверь за другой. Достигнув нужной, он, наконец, постучался:
— Гре-е-ейси, — протянул он вроде весело, а вроде и не очень. Кто знал, что творилось в его голове? Я в свою очередь мог сбоку наблюдать, как потянулся вверх уголок его губы.
Дверь отворили, но на пороге стояла Клео, всё такая же уставшая и будто не выспавшаяся. Вестер попытался опять улыбнуться, и я тоже решил поддержать его в этом деле. Может, это помогло бы Клео хоть немного отпустить то, что её так тревожило. Хотя этого и не пришлось делать, потому что девушка улыбнулась нам в ответ своей привычной располагающей улыбкой. Можно сказать, она расцвела на её лице.
— Прости, Вестер, дома ни родителей, ни сестёр, — ответила Клео и натянула рукава своего серого свитера до самых пальцев. — Не запускайте холод и заходите быстрее.
Мы послушались её и скоро закрыли за собой дверь, очутившись в прогретом коридоре. Дом немного преобразился с моего последнего визита, и я увидел мокрые осенние листья на подоконнике неподалёку, помещенный возле лестницы тёплый бордовый ковёр, а также услышал запах овощей и чего-то ещё очень вкусного.
— Будете ужинать? Только что приготовила, — спросила Клео, наблюдая за тем, как Вестер долго расшнуровывал свои кроссовки, истрепавшиеся по бокам, где краска была бледнее.
— Вау, феминистка на кухне, это что-то, — бодро проговорил себе под нос Вестер и моментально получил несильный удар по лбу, когда выпрямился.
— Никаких шуточек по этому поводу, Цукерман, — оборвала его Клео, готовая вот-вот рассмеяться. Усталость её словно рукой сняло. Вестер же засмеялся быстрее самой девушки:
— Да ладно, ты же меня знаешь.
— Знаю, но вдруг ты всерьёз сменил свои взгляды, — добавила Клео, бросив на меня короткий взгляд, а потом услышала дальнейшие слова:
— Даже и не думай об этом. Лучше идём есть, а иначе я упаду от голода прямо тут.
Я все ещё стоял, не проронив ни слова, и просто периодически переводил взгляд с Клео на Вестера и обратно.
— Флеминг, любишь овощное рагу? — спросила меня девушка под конец.
— Я от него в восторге, — улыбнулся я. Что правда, то правда.
— Хорошо, тогда ждите меня наверху. Раз уж мы все в сборе, надо и поужинать, — сказала она нам вслед.
В смысле в сборе?
Конечно же. Поднявшись и отворив дверь в спальню Клео, Вестер, а за ним и я, увидел, как Рейн, наклонившись вперёд, высматривала что-то за окном с особенным любопытством. Она, похоже, готова была к нашему приходу и потому негромко сказала:
— Привет, Вестер, и… как твои дела?
Да-да, дураком бы я был, если бы думал, что за одним именем последует следующее — моё.
Мне пришлось пропустить остальные фразы мимо ушей, ведь всё равно ко мне они уж точно не относились, и присесть на пол — там как раз покоилось мягкое махровое покрывало, а вокруг были разложены подушки в форме сердец. Вестер пристроился поодаль, почти напротив меня, в позу лотоса и продолжал разговор с Рейн, которая ещё явно не спешила составлять нам компанию. Она шумно вдыхала воздух, шедший из окна, и иногда смеялась, если Вестер говорил что-либо смешное. Она старалась не смотреть на меня, а я уж и подавно, потому что стоило нам встретиться взглядами, как глаза её превращались в колючий лёд. А лично мне хватало и того холода, что стоял на улице. Гром продолжал греметь, через комнату на короткий миг пролетела вспышка света, и как раз зашла Клео с подносом.
— Ого, как я эффектно появляюсь, — она весело сверкнула белыми зубами. — Ну, угощайтесь.
Поднос она поставила на свой письменный стол, аккуратный, без лишнего предмета на нём. Вообще, вся комната была такой чистой, светлой, убранной, и складывалось впечатление, что Клео только и делала, что поправляла складки на подушке, сметала пыль с книжных полок и переклеивала на стенах многочисленные плакаты и листки бумаги, если те держались из последних сил. Вот было же у человека время.
Через каких-то минуты две-три каждый из нас очутился на полу с горячей тарелкой в руках.
— Тода, Клео, — сказал Вестер, улыбаясь.
Брови девушки несильно сместились друг к другу, при этом Клео выглядела слегка смущённой.
