— Когда я уходил, Гасарт сказал мне, что время его ушло, и я стал его заменой. Еще он сказал, что чувствует Звездный ветер, и скоро грядут перемены. Назвал имена людей, которых я должен найти, и я пошел в большой мир. Мне было тогда пятьдесят лет по возрасту обычных людей, и выглядел я, примерно, как и сейчас, но ощущал себя двадцатилетним, только познающим новый мир. Это как вторая молодость Марк. Тебе сложно понять, потому, что ты и так молод. А тот мир, в который я входил, был не похож этот. Тогда на месте Сирии были другие царства и государства — города. И не только в Сирии, на Крите, в царстве Хеттов и их соседей, и даже в Италии и здесь в Элладе. Дома в несколько этажей, вода, проведенная в каждый дом, чудесные сады на площадях. В чем‑то тот мир был совершенней этого. Они жили так уже много веков, на пределе своего развития. Их мир клонился к упадку и может быть, рухнул сам, но в этот момент угроза пришла извне. В далеких северных лесах в благоприятные времена расплодилось множество племен и народов, а потом засуха и холод в течение нескольких лет погнали их на юг.
Они погнали со своих мест другие племена, и вал покатился через весь мир до Египта. От древних городов мало что осталось, и почти ничего в памяти народов. Да и сами древние народы сохранились только здесь в Элладе, куда пришли близкие по крови племена, и в Италии, где на разоренных землях осели расены, которых сейчас называют этрусками. Когда все это только начиналось, я отправился в Троаду и видел начало нашествия — войну за Трою. Да Марк я видел и Ахилла и Аякса — великана в полтора человеческих роста и многих из тех, кого сейчас считают лишь героями преданий. Хотя, многое было и не так, как пел Гомер. Они не сидели на месте десять лет. Нет, около Трои было небольшое войско, остальные грабили побережье. Лишь когда их собиралось много, они пытались взять город. Но и троянцы постоянно получали помощь от соседей. Когда Троя пала, я отправился по остаткам старого мира и видел великие битвы и разорения. После Марк, я видел много войн и разрушенных городов, но то время до сих пор вспоминаю с содроганием.
Тогда я впервые оказался в Аттике, единственной не разоренной земле в Элладе. Многое здесь было по–другому. Например, холм Акрополя был других очертаний и немного больше, и знаешь, это был весь город.
— Там — Диоген указал рукой в сторону Пирея — на побережье до самого мыса жили пеласги, а окрестные деревеньки, находившиеся на месте, где сейчас Керамик и Диомея враждовали с Афинами и друг с другом. Горы вокруг и даже частью долина были покрыты лесами. Было холоднее и больше влаги, а люди растили пшеницу и ячмень. Я прожил здесь десять лет, а потом отправился в Италию, а затем в Испанию.
Диоген прервал рассказ и посмотрел на Валерия — слушает ли и как слушает. Валерий слушал очень внимательно, и хотя у него чесался язык задать кучу вопросов, он благоразумно молчал, и Сотер продолжил. Он рассказал о своем пребывании в Риме. Вернее в том, чем был тогда Рим. О жизни в Испании, Африке, и как приплыл опять в Аттику через несколько сотен лет.
— Когда я прибыл сюда опять, город был уже не только на холме, но и расширился на окрестности. Они подчинили долину, изгнали пеласгов и пытались захватить Элевсин. Я пошел к жрецам Афины и сказал, что хочу здесь поселиться. Я был уже достаточно известен и среди своих, и среди посвященных, поэтому дело решилась быстро. Меня приняли во фратрию, и я женился на Агаристе из знатного рода Алкмеонидов. Так я остался здесь.
Сотер встал, подошел к краю площадки и указал в сторону между Акрополем и Диомеей.
— Видишь дом с розовой крышей среди серых крыш. Там была улица, где был мой дом. Сейчас там пять домов, а тогда было двенадцать. Такие уж тогда были дома, маленькие клетушки. Все тогда так жили, и я тоже. Тридцать лет я был счастлив, а дальше мне пришлось уйти. Как я живу сейчас, рассказывать тебе не буду. Ты о многом и так уже догадался, или догадаешься скоро — потом помолчал и добавил — спрашивай Марк.
Валерий сидел, смотрел, как за Дипилоном медленно заходит Солнце, и щурился от слепящего солнечного луча. Вопросов было много, но Буховцев уже выделил приоритеты. Сначала нужно узнать о цели этой беседы, а остальное он узнает потом. Им с Сотером еще плыть в Рим и жить там. Время есть, заодно и вопросы определятся правильные.
— Диоген, спасибо за рассказ. Я понимаю, что все это ты рассказал мне не просто так. Скажи, зачем ты меня сюда привел?
К его удивлению Сотер ответил вопросом на вопрос.
— Скажи Марк, там, откуда ты пришел, тебе рассказывали, как мы получаем силу?
Валерий вспомнил прогулку с Лютаевым теплым весенним днем во время учебы на базе ФСБ под Москвой, и их откровенную беседу. Тогда он спросил мага о том, что дает им силу. Лютаев загадочно хмыкнул, немного подумал и ответил.
