Он стиснул нож на поясе. Двинулся прочь от перелеска, у которого они с Чарной разбили лагерь, – звук показался ему не лесным. Его призрак тянулся от холмов и гор – но как Юрген ни старался, большего учуять не мог. Наверное, незнакомец был далеко.
Юрген побоялся слишком отходить от Чарны – мало ли что. Вдруг он ошибся и сейчас кто-то набросится на них из темноты? Поэтому так и застыл – настороженный, вглядывающийся в ночь. Он хищно осматривал пядь за пядью, пока на склоне холма, в полуверсте от них, не заметил чьи-то очертания. Животное?
Сощурился, вытащил нож. Животное – или чародей в оборотничьем теле?..
Свободной рукой Юрген скрутил ниточку чар. Подсветил своему нутряному зрению – выложил нить вдоль очертаний лёгкими, малозаметными движениями пальцев. Увидел мощное горбатое туловище, тонкие ноги с копытами. Рога.
Видимо, это был кто-то, похожий на дикого быка.
Юрген ждал. Бык тоже. Чарна мирно сопела у костра.
Едва ли обычное животное стало бы гулять ночью, решил Юрген. Бык ведь, а не сова. Но раз за ними следил чародей, то из какого двора – и чего он хотел?
Юрген не двигался. Чувства его обострились – он различал мельчайшие шорохи в траве, а комариное жужжание казалось ему громче крика. Он медленно и ровно дышал, буравя незнакомца взглядом, – хотя едва ли тот мог увидеть его взгляд на таком расстоянии. Луна ярко горела, бросая на предгорье холодный золотистый свет.
Наконец бык развернулся и пошёл прочь. Но даже когда он скрылся в темноте, Юрген продолжил смотреть ему вслед. Ничего больше не происходило, и постепенно Юрген ослабил своё колдовство и вернулся к костру. Засыпать он больше не собирался – настороженно слушал и ждал, но остаток ночи прошёл так спокойно, что на рассвете Юргена всё же сморило.
Проснулся он от того, что зашевелилась Чарна. Не открывая глаз, Юрген слушал, как она собиралась умыться в ближайшем ручье. Ничего подозрительного не было, и Юрген остался в полудрёме. Он различал шаги Чарны, и журчание воды, и мягкий треск колдовского огня, которым Чарна сушила волосы и выстиранную одежду. А потом Чарна вернулась к костру и стала хлопотать над завтраком: достала овощи, которые они с вечера оставили запекаться на углях.
– Эй. – Она присела рядом с Юргеном и погладила его по плечу. – Есть будешь?
Юрген посмотрел на неё сквозь ресницы, угукнул. Сел и сонно потёр лицо.
– С тобой всё хорошо? – Чарна нахмурилась. – Обычно вскакиваешь чуть свет.
Тогда Юрген рассказал ей, как провёл прошлую ночь – и о таинственном животном, которого он принял за чародея. Чарна задумчиво прикусила губу, но в ответ только хмыкнула.
– Ну вот, – бросила она нарочито беспечно, – теперь за тобой ещё и дикая корова следит?
Юрген стиснул зубы. Жалость жалостью, но ему порядком надоели такие смешки Чарны – раздражающие, как писк мошкары.
– Это должно быть забавно? – сухо уточнил он. Поднялся. – Ешь, я сейчас приду.
Чарна открыла рот, но так ничего и не сказала – Юрген решительно зашагал к ручью. Вода оказалась холодной и противно катилась за шиворот и по спине, хотя Юргену всегда нравилось быть в воде, даже независимо от погоды или времени дня. А вот сегодня – не нравилось, такой уж был гадостный настрой; поэтому умывался он через силу. Высушив одежду, собрался и вернулся обратно к костру – там Чарна уныло счищала кожуру со старой моркови.
После завтрака они собрали свои пожитки, затоптали костёр и отправились в путь по предгорью. Вокруг зеленели холмы, усыпанные островками деревьев и поросшие густой травой. У горизонта высились горы – окутанные дымкой и будто бы нарисованные.
Солнце разжарилось, и Юрген вытер лоб рукавом. Путешествовать в человеческом теле нравилось ему гораздо меньше, чем в оборотничьем: человеческое тело было медлительнее и требовательнее, да и так все наплечные мешки приходилось тащить на себе. В теле собаки Юрген почти не ощущал их тяжесть. Но если он перекинется сейчас, что ему – нарочно замедляться?..
Внутри снова засвербело: он шёл бы быстрее, если бы не Чарна. Он не звал её с собой. Может, в своё время стоило согласиться на Якоба – тот уже сто раз вернулся бы к Йовару, предоставив Юргена самому себе. А если бы и не вернулся, разговоры с ним не выходили бы такими вымученными, как у них с Чарной, – словно и говорить-то было особо не о чем, хотя они проводили вместе сутки напролёт.
Юрген оглянулся. Чарна шла за ним, сжимая широкий ремень сумки.
Ну ладно, успокоил он сам себя. С Якобом были бы другие сложности. Чарна не перечит и идёт туда, куда он сказал, – а вот Якоба пришлось бы вылавливать из кабаков. А всё же, протянул он мысленно, одному было бы лучше. Почему Йовар его не отпустил?.. В своё время Хранко спокойно путешествовал в одиночку, и ничего.
– Сколько нам ещё идти?
Юрген потёр нос тыльной стороной ладони.
– Сегодня или вообще? – уточнил он.
