Направившись к выходу, женщина на секунду обернулась. Сегодня он был другим… Внешне тот же, но что-то надломлено внутри… Марья слишком хорошо чувствовала ликвидатора… Через секунду за вампиром захлопнулась дверь, оставляя Берка наедине со своими мыслями.
Такер разрывался между «довольствуйся тем, что есть» и «получи больше, но будь готов заплатить судьбе по двойному тарифу». В последнее время оборотень потерял осторожность, упиваясь лёгкими победами на фронте смерти. Новая жертва привлекала темнотой своей ауры: мечта колдуна. К тому же недавно она поссорилась с любовником, чему Такер не удивился, увидев непричёсанного мужчину с тёмными кругами под глазами. Значит, есть повод покончить собой. Не женщина, а шоколадная конфетка в тёмной оболочке. Если доставить такую Арону, возможно, маг, наконец-то, отбросит ненужные детали и разрешит взять в жёны Джули.
«Что ж, стоит рискнуть». Купив букет из 17 роз, оборотень решительно направился к своей жертве.
В это же время Макс, как обычный среднестатистический мужчина, потерявший доступ на один аэродром, кинулся на запасной. В общем, мужчина набрал номер любовницы.
Двух минут давления на жалость оказалось достаточно, чтобы страдальца вновь ожидал тёплый приём.
Настойчивый звонок вывел женщину из приятной задумчивости. Открыв дверь, мадам замерла перед очаровательным мужчиной с букетом роз. В голове всплыло короткое знакомство в одном из баров, но на такой быстрый успех красавица не смела и рассчитывать.
«Всё же придётся обломать Макса», — решила блондинка, приглашая Такера войти.
После разговора с Джули Берку требовалось отвлечься, перестать думать о ней и отце, а что может быть лучше смены деятельности. Спустившись на «минус второй этаж», Ликвидатор оказался в длинном, холодном, пустом коридоре. В дальней комнате слышались возня и недовольное бормотание.
«Леонид в своём репертуаре», — усмехнулся Моран, открывая дверь.
Картина поразила смесью комедии с трагедией и насыщенностью красок. Леонид — 150-ий маг, вампир и патологоанатом в халате, с ног до головы забрызганном кровью, пытался поймать кишки, практически «убегающие» из цепких рук и норовящие смешаться с желудком в соседнем сосуде.
— Я тебя недооценил. Думал, ты будешь спокойно работать над останками нашей жертвы, а не пытаться оживить их, — улыбка Берка стала последней каплей терпения Леонида.
— Всё. Хватит, — кишки всё же соединились с желудком. — Потом разберу.
Пухленький, розовощёкий, седой и кудрявый патологоанатом с серыми, чуть раскосыми, как у кошки глазами, тоненькими усиками и такими же тонкими губами, готов был расплакаться.
— Ты обещал останки, — грустно выдал Леонид, — а не кашу.
Вампир в отчаянии всплеснул руками:
— Берк, пойми, пазл складывается из частей, а не из молекул.
Моран знал цену своему сотруднику, который, при желании мог сложить пазл не то, что из молекул, но и из атомов. Следовало добавить мёда.
— Лёня, ты лучший в своём деле. Ты незаменим… И я уверен, ты справишься.
Вампир заулыбался, но начинающее устанавливаться равновесие испортили кишки, с противным чваканьем отделившиеся от желудка и скользнувшие на пол.
— Ну, уж нет! — из груди Леонида вырвался рык, вампир с остервенением бросился наводить порядок, пытаясь уложить непослушный орган в положенный для него сосуд. Берк посчитал за благо сменить тему.
— Кто-нибудь приходил из других подразделений?
Наконец-то, довольный победой, мужчина ответил:
— Да, целое утро ходили, — хитрая улыбка осветило пухлое лицо, щёки порозовели ещё сильнее (что несвойственно вампирам, но… собственный рецепт Леонида), — проблевались знатно. Я даже ведро специальное приготовил.
Затем добавил более ворчливым тоном:
— Зато не будут больше здесь появляться.
Патологоанатом не любил гостей в своём маленьком мирке, конечно, кроме некоторых исключений.
Берк скользнул взглядом по столам… Мозг впал в ступор, трёхсотлетний опыт не мог дать ответ… Зачем 150-ему вампиру обычный, человеческий бутерброд с колбасой и сыром, лежащий рядом с останками, да ещё и надкусанный?
Перехватив взгляд ликвидатора, Леонид объяснил:
— Я должен производить впечатление обычного человека… для гостей, по крайней мере. А патологоанатомы все так делают… сам видел… в кино.
— Понятно. Я думал, что уже не могу удивляться, — Берк задумался, — что-нибудь можешь сказать?
Вмиг Леонид стал серьёзным, для вампира не было ничего, важнее работы.
— Тебе не понравится.
Моран тяжело вздохнул, да, день явно не задался:
— Говори.
— То, что убило его… не отсюда.
Берк замер:
— Не с Земли, — уточнил вампир.
Страшная догадка шевельнулась в мозгу ликвидатора, пугая невозможностью и, одновременно, масштабами разрушения:
— От нас?
— Да… Следы зубов и когтей указывают на… — мужчина запнулся, но, сглотнув, смог продолжить, — карона… Я хотел сообщить тебе позже, когда буду уверен на сто процентов, сейчас — на восемьдесят.
Моран думал о плохом, но не настолько:
— Нет… Карон не может появиться здесь.
Леонид немигающим взглядом уставился в стену.
