— Мужчины бывают ужасно нерешительными, совсем как женщины, — сказала она.
— Ох ты, батюшки! — всполошилась Велвит. — Я только сейчас подумала, вдруг он и впрямь заявился сюда, в форт, чтобы найти меня, раз уж он первый сбежал — и все такое.
— Будь я на твоем месте, — сказала Лили, с улыбкой пожимая Велвит руку, — я бы отправилась к нему и поговорила о том, почему он сбежал, и про все такое.
Лицо Велвит осветилось надеждой, но она тут же строго взглянула на Лили:
— Будь я на твоем месте, — не уступила она, — я бы уж давно красовалась с майорским обручальным кольцом на пальце, с майорским чудесным ребеночком в пузе — и знать позабыла про всякие там земельные собственности!
— Ну, пока что ты не на моем месте, — упрямо возразила Лили, стараясь не подать виду, что она шокирована.
— Нет, — простодушно согласилась Велвит, беспомощно вздыхая, — я не на твоем месте.
Когда Лили явилась домой к Калебу, полная решимости объявить ему, что более не намерена оставаться под его кровом, ее ожидал сюрприз. На кухонном столе лежала записка, где в нескольких словах майор извещал Лили, что отправляется с патрулем в дальний рейд и вернется не раньше чем через неделю. Заканчивалась записка весьма лаконично: «С приветом, Калеб».
— С приветом! — возмущенно пробормотала Лили, держа записку в слегка дрожавших пальцах. — Этот мужлан лишает меня девственности, содержит пленницей у себя в постели, словно наложницу из гарема, а теперь имеет наглость посылать мне приветы!
Прошло немало времени, пока Лили оправилась от уязвленной гордости и осознала, что на самом деле недельное отсутствие Калеба — это своего рода подарок судьбы. До того, как майор успеет вернуться, Лили уже переедет на свою землю и будет иметь свой дом, на который не сможет предъявить права армия Соединенных Штатов.
Напевая, Лили принялась за уборку в доме — то немногое, чем она могла бы отплатить за его гостеприимство, — и уже почти успела закончить свои хлопоты, когда появилась миссис Тиббет.
— Вы не выпьете со мной чаю? — предложила Лили, отряхивая пыль с передника.
— Итак, вы все-таки вышли за него замуж, — расцвела Гертруда. — Ох, Лили, это же великолепно!
— Но, понимаете ли, это не так, — пробормотала Лили, потупив взор. Ей стоило немалых усилий сказать правду, которая, несомненно, разочарует миссис Тиббет. — Дом давно нуждался в уборке, и я бы не хотела быть обязанной…
— Ах, милочка, — вздохнула Гертруда, все еще стоя в передней и комкая в руках перчатки. — Я даже сказать вам не могу, какой это для меня удар. А я-то была уверена, что вы наконец-то образумились.
— Да, так как насчет чаю… — начала было Лили, натянуто улыбаясь.
— Я не в состоянии ничего проглотить, — перебила миссис Тиббет, и она на самом деле выглядела расстроенной. Неохотно она прошла в гостиную и рухнула в кресло. Однако когда она заговорила вновь, голос ее прозвучал весьма решительно: — Лили, я просто не в состоянии дальше терпеть такую ситуацию. Вы не только безнадежно разрушаете собственную репутацию, моя милая, но и ставите крест на дальнейшей карьере Калеба.
— Я никогда не хотела причинить Калебу вреда, — растерянно возразила Лили.
— Я об этом не знаю, — отвечала Гертруда, строго и осуждающе посмотрев на Лили. — Вы околдовали его, вы сами признались мне, что позволили себе с ним близость. И тем не менее вы не хотите выходить замуж за этого мужчину. Разве вам не ясно, что это наверняка помешает ему продвигаться по службе?
— Наверное, вы правы, — прокашлявшись, призналась Лили, — но я ведь люблю его и оттого не в состоянии устоять, когда он хочет… — Тут она замолкла и покраснела до корней волос, — когда он хочет меня. И здесь я оказалась только потому, что мой коттедж сгорел и у меня нет больше крыши над головой.
— Вы прекрасно знаете, что могли бы обратиться к полковнику и ко мне! — возмутилась миссис Тиббет, грозя Лили пальцем.
— Я знаю. — У Лили снова перехватило горло от подступивших слез. — Но Калебу достаточно прикоснуться ко мне, и я теряю голову.
— Хотите верьте, хотите нет, — сказала миссис Тиббет мягче, видя искреннее отчаяние на лице Лили, — но я вас отлично понимаю. То же испытали когда-то и мы с полковником. Разница лишь в том, что я не тянула со свадьбой: как только Джон сделал мне предложение, я согласилась.
— В воскресенье, если все сложится хорошо, я уеду из форта, — наконец сообщила Лили. Похоже, было бесполезно объяснять кому бы то ни было, почему она не может стать женой Калеба. По правде говоря, временами она и сама толком этого не понимала. — Можно ли мне до той поры остаться у вас?
— Несомненно, хотя и слишком поздно, если этим вы надеетесь сохранить свою репутацию. Здесь вам ничего не поможет, кроме свадьбы!
Лили упрямо прикусила губу. Что ж, пусть ее репутация провалится в тартарары, если Калебу не угодно жить вместе с ней на ее земле. А кроме того, даже если он согласится, она непременно возьмет с него клятву не пытаться увезти ее к себе в Пенсильванию.
