Положив планшет на стол, он принялся ходить по комнате, и дурные мысли продолжали мучить его; он схватился за голову и несколько раз спотыкался, больно ударился бедром о стоявший на дороге стул, но боль не остановила его. Леарза твердо знал одно: кеттерлианцы в большой опасности. Долго ли, нет ли до того, как начнут искать их, но оставаться в доме Дандоло нельзя, и еще вопрос в том, получится ли у них беспрепятственно выбраться за черту города?.. Они не знают: Фальер действительно может видеть будущее…
Он, Леарза, — не может.
Возможно, им для того только и позволили бежать, потому что Фальер прекрасно знал: они будут пойманы. И все это бесполезно: будущее не отменишь, все будет так, как должно быть, и теперь чертов Фальер посмеивается себе над ними в своем богатом кабинете, а они и не подозревают, что ждет их.
В очередной раз споткнувшись, он смахнул рукой планшет со стола; машинка со стуком упала на пол, напомнив Леарзе о своем существовании. Руосец склонился, поднял ее.
На этом планшете находилось что-то, что хотел показать ему Каин. Какие-то записи из банков памяти андроида; наверное, не все, — иначе смотреть их пришлось бы много лет, Каину, Леарза знал, было около восьмидесяти по астрономическому времени, — но это должно было быть что-то важное.
Леарза угрюмо вздохнул, опустился на стул. Каин хотел, чтобы он увидел это; что ж, он тоже понимает, что такое последняя воля, он исполнит это желание погибшего друга. Хотя отчего-то мелко дрожат пальцы, а внутри все болезненно сжимается.
Экран планшета мягко вспыхнул; Леарза обнаружил, что воспоминания андроида после обработки приняли вид обычнейшего видеофайла. Каково будет смотреть на мир глазами машины?.. Помедлив, он ткнул в экран пальцем.
— Времени мало, но мы вообще быстрые, быстрее вас, — раздался до боли знакомый голос; Леарза вздрогнул. — Я запишу это воспоминание за долю секунды, раньше, чем разрушение заденет центр. Эй, чего дергаешься! Ха-ха, я просто угадал. Я знаю, Эохад чертовски против, для него это очень личное, надеюсь, ты не станешь дразнить его потом, договорились? Я все-таки думаю, ты должен сам увидеть это, а ему придется исполнить мою волю, ведь она последняя, ха! Андроида можно включить заново, если повреждена его органическая часть, но при повреждениях электроники… в общем, у меня нет шансов, ну и дьявол с ним. Я отобрал их специально для тебя и поставил метку… вот так. Наши старшие могут быть страшными занудами и педантами, и для них нет ничего хуже, когда кто-то видит их истинное лицо, но иногда и им бывает не до того! Знаешь, когда я был лет тридцати, чуть постарше тебя, я был уверен, что младшие во всем превосходят старших, часто над ними потешался из-за их слабостей, но потом случилась одна ерунда, и Эохад доказал мне, что я неправ. Очень это было для него характерно, я стал его лучшим другом после экспедиции на Ятинге, и женился он тоже на одной из нас! Только излишняя самоуверенность и ее погубила, как часто губит младших…Ну, сам взгляни.
— Господин Фальер, их нигде нет! Только тело искусственного человека, и… кто-то провел над ним погребальный обряд, какой принят у закованных!
В библиотеке воцарилась тишина; стоявшие вокруг длинного стола советники переглядывались в тревоге.
— Они каким-то образом узнали правду, — потом негромко произнес Фальер и нахмурился. Этого он никак не предвидел; хотя видения позволяли ему знать, что так просто с инопланетянами не разделаться, подобной детали там не было.
— Что делать? — напрягся Тегаллиано. — Если они сумели передать сигнал на свою станцию, те будут начеку.
— Да, ясное дело. Они, скорее всего, уже предупреждены, поэтому наш план отменяется. Ничего, они все равно в худшем положении. Традонико! Немедленно приведите все корабли в полную боевую готовность. Они вряд ли атакуют нас из космоса, но все-таки я не стал бы исключать такой шанс.
Традонико коротко кивнул и без промедления покинул комнату; остальные продолжали стоять. Фальер закрыл глаза, сосредоточиваясь; хотя он избегал делать подобное на глазах у других людей, теперь было некогда.
Холодная паутина предстала перед ним, как обычно, и тонкие пальцы осторожно принялись перебирать еле видимые узелки. Будущее неуловимо… изменилось; все, казалось бы, было в пользу Анвина, но в то же время что-то беспокоило его. В комнате стояла абсолютная тишина, люди будто даже затаили дыхание.
Огромная красная звезда продолжала медленно пульсировать перед его внутренним взглядом.
Наконец Наследник поднял веки и взглянул на своих советников; все они терпеливо ждали, когда он скажет свое слово.
