– В ближайшее время я с большим интересом ознакомлюсь с твоими грандиозными планами, если их можно так назвать, – сказала Марианна, – Как думаешь, мне стоит много кушать, чтобы у нашего ребёнка не было предрасположенности к полноте?
– Тебе не стоит с этим перебарщивать, просто не голодай длительное время.
Независимо от того, насколько каверзный вопрос задавала ему Марианна, он каждый раз с легкостью выходил из ее ловушки, словно бы Салазар вовсе не попадался в искусно сплетённые ею сети. В глубине души её женское сердце постепенно отвергало эту идеальность, до которой было невозможно докопаться.
– Иногда меня раздражает твоя безупречность и идеальность, – сказала она вслух свои чувства, но, к счастью, Салазар не расслышал её слов.
– Я не расслышал, что ты сказала. Можешь повторить?
– Да так, мысли вслух, – уклончиво ответила она, – Знаешь, Салазар, я почему-то сильно хочу родить мальчика, но придумать ему достойное имя у меня никак не получается. У тебя есть идеи? – сказала она, поглаживая живот.
– Как насчёт имени… Авангард? Ханзо Ди Авангард.
Сегодня разум Марианны, по какой-то причине, был слаб, и она, поддавшись своим чувствам, говорила то, что велело ее чувство.
– Мне не нравится это имя! – недовольно ответила она, – По крайней мере, притворился бы заботливым отцом, переживающим за будущее своего ребёнка, ведь недаром говорят, что имя человека отражает его судьбу.
«В прошлом ее такие вещи не особо волновали», – подумал Салазар.
– Давайте поступим так, когда наш ребёнок вырастет, мы предоставим ему возможность самостоятельно выбрать себе имя для паспорта. Что ты думаешь по этому поводу?
– Как ловко вы это придумали, – улыбнулась она, – Сразу видно, что вы опытный политик! Вы как мокрое мыло, которое всегда ускользает от змей-душителей.
– Приму это за комплимент, ведь не всякий политик, как я, может легко увиливать и уклоняться от провокационных вопросов и ещё вдобавок контратаковать этих провокаторов, – ответил Салазар, – В древнем Шумере слово «судьба» происходило от слова «давать имя». И я считаю, что будет лучше, если наш ребёнок сам определит свою судьбу, и мы обязаны предоставить ему право самостоятельно распоряжаться своей судьбой.
На этом беседа была завершена, и Салазару почему-то казалось, что он столько всего обсудил с Марианной за эти прошедшие годы, что не осталось тем для разговора, как будто бы не осталось той самой созидательной души, которая создавала бы из пустых разговоров нечто большее, чем само тепло.
Менее чем через десять минут, наконец, прибыл Роан Сапольскин.
Внезапно Салазар почувствовал волнение, и он до сих пор не мог в это поверить, ведь Салазар считал, что Роан не примет его предложение, или, по крайней мере, он должен был осудить его за своевольный эксперимент. И это то самое знакомое чувство, когда до финишной черты осталось совсем немного, но силы на исходе.
Чёрный лимузин медленно подъезжал, и Салазар начал всё сильнее волноваться. Перед его взором проплывало множество эпизодов, в которых его замысел терпел неудачу и крах, ему приходилось бесконечно проходить адский повторяющийся цикл. Он испытывал страх перед этим бесконечным повторяющимся адом. Бесконечный цикл мучений терзал его изнутри. Каждый новый виток этого кошмара отнимал последние силы.
Салазар не был бы Салазаром, если бы не умел подавлять в себе страх и волнение. Даже у самых стойких иногда проскальзывает тень сомнения. И в этот момент можно увидеть проблеск человечности за этой непроницаемой маской.
Роан Сапольскин энергично вышел из лимузина, словно вновь ощутив себя молодым. Роан не верил ни в мистическую силу, ни в сверхъестественные явления. Его скептицизм был непоколебим, он всегда искал рациональное объяснение всему, но когда он в живую увидел Салазара, он почувствовал что-то неестественное, и по его коже пробежали мурашки.
Они пожали друг другу руки и обменялись приветствиями. В воздухе повисла деловая атмосфера, предвещающая важный разговор.
– Я очень рад, что вы приняли моё предложение. Я не смел надеяться на то, что вы примете моё приглашение.
– Ваш социальный эксперимент, хотя и пересекает некоторые границы, но, он очень интригует мое любопытство. Я выражаю вам свою искреннюю благодарность за приглашение. Для меня большая честь присутствовать здесь и расширить свои знания об обезьянах.
– Я полагал, что вы прибыли сюда с целью осуществления контроля за ходом данного исследования, – сказал Салазар, Роан никак не отреагировал на сказанные слова, даже не возразил и не стал отрицать, это означало, что Салазар попал в самую точку, – И если это исследование выйдет за рамки дозволенного, вы приложите все усилия, чтобы оно не превратилось в ужас наяву. В противном случае ваша совесть не простит вам за бездействие. Вы приняли это предложение, чтобы успокоить свою совесть, и ваше любопытство также сыграло свою роль в принятии этого важного решения. На мой взгляд, вы руководствовались скорее совестью, чем праздным любопытством.
– Ваша проницательность начинает меня беспокоить.
