— Я в восторге от твоей вечеринки в эти выходные, Адриан, — говорит ему Софи, наклоняясь ближе и дергая его за бицепс. Я думаю, это должен был быть жест любви, но с ее заостренными акриловыми ногтями это больше похоже на коготь, сомкнувшийся вокруг своей жертвы. — Вообще-то, я планировала банкет в честь Адамса в прошлом году. Мы провели его в Лондоне. Ты знаешь, там была моя кузина. Герцогиня Камилла.
Верно.
Герцогиня Камилла.
Она
Она тратит еще две минуты, перечисляя свои навыки по планированию вечеринок, и Адриан разыгрывает достойный Оскара спектакль, притворяясь, что ему не все равно.
Я неохотно доедаю еще ложку горохового супа и смотрю, как Микки хватает поднос и направляется прямо к столику Софи. Лучшие и умнейшие из Лайонсвуда заполнили его до краев, и никто, кажется, особенно не заинтересован в том, чтобы освободить место для Микки — по крайней мере, до тех пор, пока не вмешивается Адриан.
Он жестом подзывает Микки, и люди двигаются, меняются местами, как будто это игра в музыкальные стулья, пока не остается достаточно места, чтобы Микки мог втиснуться. Улыбка Софи гаснет, когда она меняет позу, но она не спорит с Адрианом.
Никто не знает.
Его благосклонность здесь — золотой билет, и хотя я не могу сказать, что Микки сделал, чтобы заслужить его в последнее время, я полагаю, что должна просто радоваться, что один из нас заслужил.
Я бросаю взгляд на поднос Микки и испытываю приступ удовлетворения, когда понимаю, что он тоже ест гороховый суп.
— А вы уверены, что мистер Мейбл придет сегодня вечером, мисс Дэвис? — Хотя Дин Робинс сидит в нескольких футах от меня, все равно создается впечатление, что он смотрит на меня сверху вниз сквозь свои очки в проволочной оправе.
— Да. — Я одариваю его и других преподавателей Лайонсвуда, собравшихся в первом ряду аудитории, улыбкой, полной уверенности, которой у меня сейчас нет. — Я уверена, Микки будет здесь с минуты на минуту.
Я
Я уже отправила Микки по меньшей мере десять разных текстовых сообщений, начиная от мягкого:
Время приближается к 6:30, а все они остались без ответа.
Декан Робинс вздыхает и демонстративно смотрит на часы, сложив смуглые руки домиком на коленях.
— Учитывая короткое уведомление о нашем изменении расписания, я полагаю, мы можем уделить еще пять минут.
Я стараюсь не теребить микрофон.
Я так волновалась по поводу завершения своей части презентации, что у меня все еще не было времени переодеться. Прилипшие к бедрам колготки высохли до такой степени, что стали неприятно влажными.
Я молюсь какой-то высшей силе, чтобы в любой момент тяжелые металлические двери аудитории распахнулись и Микки выбежал по проходу, вооруженный веским оправданием своего отсутствия.
Тиканье больших часов, расположенных над дверями, — единственный звук, наполняющий большое пространство, пока Дин Робинс снова не вздыхает, вытягивая лысую голову, чтобы посмотреть в сторону выхода.
— Хорошо, мисс Дэвис. Не похоже, что мистер Мейбл присоединится к нам этим вечером, не так ли?
Я сглатываю.
После сегодняшнего вечера я
— Нет, сэр.
— Тогда, я полагаю, вам просто придется представить свою часть слайд-шоу сегодня вечером, — говорит Дин Робинс. Как по команде, несколько преподавателей раскрывают свои ежедневники в кожаных переплетах, готовясь делать заметки.
— Я не возражаю против переноса, — говорю я. Мне непросто не дать панике просочиться в мой голос. — Ну, знаете, когда Микки сможет быть здесь.
Декан приподнимает густую бровь.
— Ну,
Я заставляю себя улыбнуться.
— Нет, конечно, нет. Это не проблема, сэр.
Он кивает, откидываясь на спинку стула, пока я просматриваю слайд-шоу на экране аудитории, пока не перехожу к разделу, который я наспех подготовила после сегодняшнего обеда.
Верхний свет, падающий на сцену, внезапно кажется слишком ярким, и я надеюсь, что они не видят нервный пот, выступающий у меня на лбу, когда я откашливаюсь.
— Как всегда, я хотела бы поблагодарить вас не только за то, что вы здесь сегодня вечером, но и за то, что вы инвестировали в мое образование. Вы дали мне возможность учиться в самой элитной школе-интернате в мире, и это подарок, которым я никогда не смогу отплатить.