С этими словами, Гоблин передал мне приведенный в боевое состояние пистолет:
- Сегодня, он может пригодится.
Сам Гоблин уже высунулся из окна, прицеливаясь на ходу.
Бах!
Едущую следом за нами полицейскую машину занесло, развернуло, закрутило на шоссе. В вертящуюся как юла машину на всей скорости вьехала следующая, сшибая ее с шоссе.
Да вот только это были не последние машины, которые неслись за нами по шоссе.
Филин резко ударил по тормозам, и машину, которая летела по встречной полосе, и начала было уже нас подрезать, занесло на мокром асфальте и вынесло с дороги. Капот полицейской машины встретился с деревом, раздался удар – и еще один преследователь выбыл из строя.
- Сзади! – крикнул Гоблин. – Стреляй!
- Я не буту портить полицейские тачки, - упрямо покачал головой я. – Хуй знает, что за это мне отпишет Система.
- Если ты не будешь портить полицейские машины – то испортимся мы, чудак – человек! – рявкнул Гоблин. И проклиная все на свете, я высунулся в окно.
В лицо ударила волна холодного воздуха, Да еще и ебучая система вовсе не желала мне помогать. Например, подсветила бы колеса, чтобы было проще целиться. Поэтому попасть мне удалось лишь раза с пятого. Машину занесло в круговороте, унося с дороги. На ее месте тут же возник следующий преследователь, но здесь удача меня оставила. Последние пули ушли в молоко, и пистолет издал несколько сухих щелчков. Так что разбираться с ним пришлось Филину.
- Филин, фура! – крикнул я, указывая вперед.
Впереди нас полз грузовоз. И расстояние между нами быстро сокращалось. Но Филин и не думал сбрасывать скорость. Лишь в последний момент, когда, я уже закрыл глаза, моля всех богов даровать мне быструю смерть, он вывернул руль, выскакивая на встречную полосу, уходя на обгон. И на какой – то момент мне показалось, что бампер машины царапнул задний борт фуры, оставив на нем длинный смазанный след черного пластика.
Водитель полицейской машины такой реакцией не обладал, и подобный маневр у него не вышел. Машина на всем ходу врезалась в борт грузовоза, с лязгом и скрежетом исчезнув под тяжеловозом.
И только сейчас звезды розыска замерцали серым. Мы оторвались от погони.
- Проверь штаны, стрелок! – обернувшись, весело крикнул мне Гоблин. – Кажется, на них пятна.
- П-п-п-пошел ты на хуй, - с трудом просипел я, пытаясь унять дрожь.
Мелькнул знак населенного пункта. Но что это была за деревня – я рассмотреть не успел. Уж больно быстро Филин летел по шоссе.
- Тормози, - сказал Гоблин. – Тачку бросим здесь.
Мы оторопело уставились на Гоблина:
- И до города пешком пойдем? – поинтересовался я после тгого, как ко мне вернулся дар речи.
- Тачка спалена, - пояснил Гоблин. – В городе мы на ней и десяти метров не проедем. К тому же, там дырки в багажнике. Они странно смотрятся на кузове, не так ли?
Я промолчал, не зная, что ответить.
- Вот то – то и оно. Здесь должна быть железнодорожная станция. До города доберемся на собаке.
Филин послушно затормозил на окраине деревни, и через поселок нам пришлось тащиться пешком. По темноте, меся чавкающую под ногами гряз. Вдобавок ко всему, зарядил мелкий противный дождь.
- Ебать! – выругался я, щлепнув подошвой ботинка по очередной луже. – Что это за колхоз.
- Хуй знает, - ответил из темноты голос Гоблина.
Деревня была абсолютно пустой. Безжизненной. На улицах не горел ни один фонарь. Окна пялились на нас черными глазницами, в которых не горело ни одного огонька.. И если бы не лай собак из-за заборов, я бы решил, что это очередная вымершая деревня, коих в области чуть больше, чем дохуя.
До станции мы дошли, не встретив по дороге ни единой живой души. Скорее всего, селяне ложились спать, едва садилось солнце. Как было заведено в деревнях лет триста назад.
Лишь перрон железнодорожной станции встретил нас ярко горящими фонарями, доказав то, что в деревне еще кто – то живет.
Мы подоспели вовремя. Где – то вдали, на железнодорожном полотне появился свет фар приближающейся «собаки».
- Минута в минуту, - отметил Гоблин. – Значит, расписание не изменилось.
Я удивленно покосился на него, но спрашивать, откуда он знает расписание пригородных электричек, не стал. Состав затормозил, двери гостеприимно открылись, подбирая с щербатого, раскрошившегося от времени и похуизма работников РЖД перрона трех продрогших путешественников. И едва мы влезли в тамбур, как двери закрылись и «собака», загудев, двинулась дальше, увозя нас в сторону города.
Если бы кто – нибудь сказал мне пару лет назад, что я буду радоваться теплому пустому вагону электрички – я бы рассмеялся рассказчику в лицо и покрутил пальцем у виска. Но сейчас, топая по грязному полу мимо рядов исцарапанных лавок, я был абсолютно счастлив. Словно, увидев разьебанный вагон, я мигом обрел вселенское равновесие и достиг гармонии с бесконечным Космосом.
- Ох, блять!
Гоблин с наслаждением шлепнулся на жесткую деревянную лавку, вытянув ноги. Филин уселся напротив, с интересом глядя на товарища. Видимо, он ждал рассказа о том, что произошло на базе отдыха и откуда на нас форма ЦСН.
- Ну в общем слушай….
