Затем она закрыла глаза, погружаясь в полную концентрацию. В этом состоянии весь мир сужался до сияющей сети золотых нитей, опутывающих тело пациентки. Елена видела пульсирующую пустоту, растущую, как чёрная дыра в живой ткани энергий.
“Я всегда была целителем, даже когда приходила за душами,” — прозвучал голос богини в её сознании. “Помни об этом.”
Елена протянула свои руки — не физические, а энергетические проекции — к краям пустоты. Обычно целители могли только направлять собственную жизненную силу пациента, помогая организму исцелять себя. Но её дар как чемпиона богини смерти был иным — она могла видеть саму структуру жизни и смерти, манипулировать ею напрямую.
С осторожностью хирурга она начала “сшивать” края энергетической раны, соединяя разорванные нити. Она чувствовала, как собственная сила утекает в эти нити, укрепляя их, возвращая золотистое сияние жизни.
“Девять лет, два месяца, двадцать шесть дней,” — внезапно произнес голос внутри неё, и Елена вздрогнула. Это было меньше изначального срока девушки, но значительно больше, чем тридцать шесть минут, отмеренные ей несколько мгновений назад.
Она продолжала работу, физически оставаясь неподвижной, но всем своим существом сражаясь с пустотой, пожирающей жизнь юной послушницы. Время для неё остановилось, растянулось, как это бывало в самые критические моменты операций в прошлой жизни.
Наконец, последняя нить соединилась, и пульсирующая чернота отступила. Елена медленно открыла глаза, возвращаясь в физическую реальность. Девушка на кушетке всё ещё была бледна, но её дыхание стало ровнее, а пульс укрепился.
“Удивительно,” — прошептала наставница Цзинь, глядя на показатели пульса. “Я никогда не видела такой техники.”
Елена слабо улыбнулась, чувствуя накатывающую усталость. “Это… экспериментальный метод.”
Она поднялась, слегка пошатнувшись, и Мэй тут же оказалась рядом, поддерживая её за локоть.
“Вам нужно отдохнуть,” — встревоженно произнесла молодая целительница.
Елена кивнула, понимая, что действительно истощена. Её дар требовал энергии, а процедура, только что проведённая ею, была куда сложнее обычного лечения.
“Мне нужно только немного посидеть,” — она опустилась на низкую скамью у стены.
Глядя на девушку, чью жизнь она только что спасла, Елена не могла не задуматься о странном искажении в её жизненных нитях. Это не было обычной болезнью или травмой — что-то буквально вытягивало жизненную силу из юной послушницы, создавая пустоту там, где должно быть сияние энергии.
“Ты заметила,” — это был не вопрос, а утверждение. Наставница Цзинь присела рядом, её проницательные глаза изучали лицо Елены. “Это уже седьмой случай за последний месяц. Всё начинается с малого — усталость, боли в суставах, затем прогрессирует. У этой девочки самый тяжелый случай, который мы видели.”
Цзинь — старшая из двух сестёр-целительниц, практикующих в этой провинции. Её младшая сестра, также носившая имя Цзинь по семейной традиции, служила в храме целителей в горах, недалеко от школы Текущей Воды.
Елена внимательно посмотрела на старшую целительницу. "Вы знаете, что это?"
Она помедлила, словно взвешивая, сколько может рассказать. "Старые записи называют это 'скверной'. Оно приходит волнами, раз в несколько поколений. Последний раз было около пятисот лет назад."
Скверна. Елена вспомнила рассказы своей покровительницы о существах из мира Обратной Вероятности, искажающих саму ткань реальности.
Внезапный крик прервал их разговор. Одна из младших послушниц, бледная как полотно, вбежала в палату.
“Наставницы! Странник у северных ворот… Он… с ним что-то не так!”
Усталость мгновенно отступила, уступая место профессиональной собранности. Елена поднялась, следуя за послушницей через внутренний двор к северным воротам храма.
У ворот собралась небольшая толпа — послушницы держались на почтительном расстоянии от сидящего на земле человека. Мужчина средних лет в дорожной одежде раскачивался взад-вперёд, его глаза были закрыты, а из уголков рта сочилась тёмная жидкость.
Елена мгновенно активировала своё особое зрение и отшатнулась от увиденного. Вместо привычного узора золотых нитей вокруг странника клубилась тьма, сквозь которую проглядывали подобия нитей — черные, с пульсирующими алыми прожилками. Но хуже всего было отсутствие срока жизни — внутренний голос молчал, словно перед ней было не живое существо, а нечто, не подчиняющееся законам этого мира.
“Отойдите все,” — её голос звучал непривычно резко. “Мэй, подготовь изолированную палату в западном крыле. Наставница Цзинь, нам понадобятся защитные талисманы.”
Странник вдруг поднял голову, его веки дрогнули. Когда он открыл глаза, Елена увидела вместо обычных зрачков и радужки чёрные провалы, заполненные той же тьмой, что окутывала его тело.
“Что ты такое?” — спросила она, медленно приближаясь.
Губы странника растянулись в неестественной улыбке, обнажая почерневшие дёсны. “Я — предвестник. Первая капля перед потопом.”
