- Думаю, мы можем рискнуть. Но нужно быть готовыми к любому повороту событий.
Михаил кивнул и начал развязывать веревки, стягивающие запястья Лю Дашаня. Юноша с благодарностью растер затекшие руки, а затем его взгляд стал серьезным.
- Они готовятся к большому ритуалу, - сказал он. - В день затмения. Что-то связанное с открытием пути и слиянием миров. Я не понимал большую часть из того, что они говорили, но…
Он вздрогнул, оборвав фразу, словно само воспоминание причиняло боль.
- Расскажи, как ты оказался в горах, - попросил Михаил, подавая ему еще воды.
Лю Дашань сделал глоток и продолжил:
- Я охотник из деревни Саньхэ. Три недели назад выслеживал горных козлов и забрел дальше обычного. Наткнулся на странных людей в черных одеждах с символами. Пытался скрыться, но меня обнаружили и схватили.
Его голос дрогнул:
- Они привели меня в какие-то пещеры под древним храмом. Там большой черный кристалл… Они ставят людей перед ним и… что-то происходит. После этого люди меняются. Начинают подчиняться им.
- Тебя тоже поставили перед кристаллом? - спросила Тан Сяо.
Лю Дашань кивнул.
- Да, но ненадолго. Я был недостаточно чистым сосудом, как они выразились. Поэтому меня отправили с другими такими же на поиски новых жертв.
- И ты нашел нас, - закончил Михаил.
- Я не контролировал себя полностью, - тихо сказал юноша. - Это было как сон, где ты видишь, что делаешь, но не можешь остановиться.
Он посмотрел прямо в глаза Михаилу.
- То, что вы сделали вчера… эссенция и ваши техники… это ослабило контроль скверны. Я чувствую, как она всё еще шепчет где-то в глубине сознания, но теперь могу сопротивляться.
Тан Сяо встала, завершая разговор.
- Время дорого. Если ты действительно хочешь помочь, покажешь нам самый безопасный путь к храму.
Лю Дашань кивнул и с трудом поднялся на ноги.
- Я знаю тропу, которую не используют патрули. Следуйте за мной.
Вскоре они вышли, оставив хижину лесничего с запиской о возможной судьбе её хозяина. Ночной дождь очистил воздух, и горы вдалеке казались нарисованными тушью на бледно-голубом фоне неба. Тропа петляла между деревьев, влажные листья блестели в солнечных лучах, пробивающихся сквозь кроны.
Лю Дашань, несмотря на бледность и остаточные следы скверны, двигался уверенно. Это был крепкий худощавый юноша лет восемнадцати, с обветренным лицом охотника, проводящего большую часть времени под открытым небом. Едва пробивающаяся бородка, глубоко посаженные глаза, внимательные и настороженные, словно у человека, привыкшего к постоянной опасности.
- Этот маршрут знают только местные охотники, - пояснил он, ведя их не по основной тропе, а обходными путями, через заросли и едва заметные тропинки. - Патрули храма обычно следуют по главной дороге.
Тан Сяо двигалась впереди, используя навыки следопыта школы Теневого Шёпота, её внимательный взгляд замечал малейшие признаки опасности, а легкая походка не оставляла следов на влажной земле. Периодически она замирала, прислушиваясь, и только после этого давала знак продолжать движение.
Чем ближе они подходили к восточному хребту, тем сильнее Михаил ощущал изменения в структуре мироздания. Амулет Теневого Шёпота на его шее нагрелся, вибрируя в такт ударам сердца. Каждый шаг требовал всё больших усилий, словно они двигались против течения невидимой реки.
Природа вокруг них тоже менялась, сначала это были едва уловимые признаки - слишком рано увядшие цветы, странно искривленные ветви деревьев. Затем изменения стали очевиднее: участки леса, где растительность выглядела иссохшей и серой, словно высосанной изнутри; места, где птицы внезапно замолкали, а воздух наполнялся гнетущей тишиной.
- Влияние скверны, - тихо сказала Тан Сяо, указывая на мертвое дерево, чьи ветви были покрыты странными наростами, напоминающими опухоли. - Чем ближе к источнику, тем сильнее искажается всё живое.
- Это как болезнь, - добавил Лю Дашань, непроизвольно потирая шею, где всё еще виднелись бледные черные прожилки. - Сначала она почти незаметна, затем постепенно заполняет всё существо, пока не останется ничего от прежнего человека.
Михаил остановился, прикрыв глаза и сосредоточившись на своих ощущениях. Для него мир всегда был наполнен невидимыми течениями, но сейчас эти течения искажались, образуя воронки и застойные карманы там, где должен быть равномерный поток.
- Деформации усиливаются, - сказал он, открывая глаза. - Словно что-то впереди искривляет структуру реальности.
Тан Сяо подошла ближе, незаметно для Лю Дашаня применяя одну из техник своей школы. Её глаза на мгновение приобрели серебристый оттенок, а затем вернулись к обычному цвету.
- “Видение скрытого”, - шепнула она Михаилу. - Я вижу следы скверны, они ведут в том же направлении, что и указывает твой компас.
Около полудня они остановились на короткий привал у небольшого ручья. Вода в нём была кристально чистой, но Михаил заметил странное явление - местами течение словно замедлялось, создавая участки почти стоячей воды, а через несколько шагов вновь ускорялось до бурного потока. Никаких физических препятствий, объясняющих эти изменения, не было видно.
