Пока Лин пил, она незаметно направляла целительскую энергию, пытаясь замедлить распространение скверны. Но тёмные нити были слишком глубоко, они словно защищались от любого вмешательства. Обычное целительство здесь было бесполезным, всё равно что пытаться остановить инфекцию, лишь протирая кожу. Когда Лин уснул, чай был достаточно сильным, чтобы погрузить его в глубокий сон, Елена осторожно положила руки на его грудь. Теперь, с печатью внутри, она видела картину яснее: скверна пульсировала в его теле подобно второму сердцу, распространяя свои щупальца по энергетическим каналам.
Закрыв глаза, она сосредоточилась на печати. Как именно её использовать? Мастер объяснил принципы, но конкретных инструкций не дал. Елена чувствовала, как в груди пульсирует тёмная энергия, готовая откликнуться на её призыв.
Вдох. Выдох. Она позволила энергии печати смешаться с её целительской силой. Боль была мгновенной и острой - взаимодействие таких разных сущностей давалось нелегко. Внутренний конфликт, который она ощущала ещё при принятии кристалла, вспыхнул с новой силой.
Всю жизнь я боролась за каждый удар сердца своих пациентов. А теперь сознательно соприкасаюсь с силой смерти. Что бы сказали мои коллеги из Центрального госпиталя?
Но в то же время она понимала: иногда милосерднее прекратить страдания, чем продлевать агонию. Врачи её мира использовали сильные препараты, которые в одной дозе лечили, в другой - убивали. Всё зависело от понимания, от контроля, от точного знания, когда и как применить силу.
С этой мыслью она соединила два потока энергии в одно целое, создавая силу, способную не просто лечить, но проникать в суть скверны.
Медленно и осторожно Елена начала направлять эту смешанную энергию в тело Лина. Там, где раньше её целительство наталкивалось на барьер, теперь объединённая сила проникала как вода сквозь песок. Она добралась до самого корня заражения - чёрного узла в центре груди Лина.
Работа требовала предельной концентрации. Вместо прямой атаки на скверну, которая могла вызвать защитную реакцию и ускорить процесс, Елена начала перестраивать энергетические потоки вокруг неё. Подобно тому, как хирург изолирует поражённый участок перед удалением, она создавала новые пути для жизненной силы, постепенно отрезая скверну от питающих её источников.
Время растягивалось и сжималось. Елена не могла сказать, сколько прошло, - минуты или часы. Наконец, когда последний канал был перенаправлен, она осторожно убрала руки, чувствуя, как капли пота стекают по лбу.
Результат стоил усилий. Скверна всё ещё присутствовала в теле Лина, но теперь она была окружена барьером из здоровой энергии, подобно тому, как иммунная система изолирует инородное тело, не давая ему распространяться дальше. Развитие болезни должно было замедлиться, а может, и вовсе остановиться.
Отойдя от спящего Лина, Елена устало опустилась на циновку у окна. Печать в груди пульсировала в такт сердцебиению, отзываясь на использованную силу. Она чувствовала странное удовлетворение, впервые ей удалось не просто увидеть скверну, но и реально повлиять на неё.
Однако тревожная мысль не покидала её. То, что она сделала, было лишь временным решением. Она замедлила процесс, но не устранила причину. Подобно тому, как в её мире врачи прописывали поддерживающую терапию хроническим больным, ей придётся регулярно обновлять барьер, пока не будет найдено настоящее лекарство от скверны.
Лунный свет лился в окно, создавая причудливые тени. Елена вспомнила, как в школе Теневого Шёпота другие ученики буквально исчезали в темноте. Как они это делают, подумала она, вглядываясь в узоры теней на полу.
Встав, она подошла к самой глубокой тени в углу комнаты. Печать отозвалась лёгким теплом, когда она протянула руку к темноте. Ощущение было странным, словно погружаешь пальцы в прохладный шёлк. Но попытка шагнуть в тень закончилась лишь тем, что она едва не споткнулась о край циновки.
Терпение, вспомнила она слова мастера, всему своё время.
Вернувшись к окну, Елена заметила движение во дворе храма. Группа молодых людей в узнаваемых одеяниях школы Небесного Ветра тренировалась, несмотря на поздний час. Их присутствие здесь объяснялось просто - после недавних соглашений между храмом и школами практиков ученики регулярно прибывали на дежурства для обеспечения безопасности целителей и пациентов. Ночные патрули были частью этой договорённости.
Но что-то было не так в их тренировке. Елена внимательно вглядывалась в их движения, резкие, неестественные, непохожие на привычную текучую грацию, которой славилась школа Небесного Ветра. Они напоминали механических кукол, а не живых практиков боевых искусств.
Теперь, с новым зрением, она могла лучше понять происходящие с ними изменения. То, что она приняла за болезнь, оказалось результатом намеренной трансформации. Скверна не распространялась сама по себе, она была частью их тренировок, сознательно внедрённой в их тела и энергетические каналы.
