Внезапно один из тренирующихся учеников споткнулся и упал. Остальные не обратили на это внимания, продолжая упражнения с механической точностью. Елена инстинктивно подалась вперёд, её целительский инстинкт требовал помочь. Но она знала, что не может выдать своё присутствие.
Это вызвало у Елены профессиональный интерес. В её мире существовали психоактивные вещества, влияющие на определённые участки мозга. Похоже, скверна действовала аналогично, но на энергетическом уровне, изменяя восприятие и контроль через воздействие на центры нервной системы.
Она быстро зарисовала узор в своём дневнике, добавив заметки о наблюдаемых симптомах. Возможно, это поможет понять механизм воздействия скверны и найти способ нейтрализовать его последствия.
Лин пошевелился во сне, привлекая её внимание. Его дыхание стало спокойнее, а лихорадочный жар немного спал. Барьер, который она создала вокруг очага скверны, держался хорошо.
Елена улыбнулась, может быть, её новый путь действительно мог помочь спасти тех, кто ей дорог. И всё же, смотря на спящего Лина, она не могла отделаться от мучительного вопроса: кем он был для неё? Пациентом или любовником?
В прошлой жизни она никогда не позволяла себе такого смешения ролей. Профессиональная этика требовала чёткого разделения. Но здесь границы казались размытыми, а человеческое тепло было слишком ценным, чтобы от него отказываться.
Убедившись, что Лин крепко спит, она достала из рукава маленький свиток, который дал ей мастер теней. В нём описывались базовые упражнения для работы с печатью. Елена села в медитативную позу и начала первую практику.
Нужно было научиться чувствовать печать не как что-то чужеродное, а как естественное продолжение себя. Она сосредоточилась на пульсации в груди, позволяя этому ритму слиться с биением своего сердца. Постепенно граница между телом и печатью начала размываться.
Следующее упражнение требовало взаимодействия с тенями. Елена протянула руку к ближайшей тени и попыталась почувствовать её структуру. Печать отозвалась, посылая импульсы силы через её пальцы. Тень словно уплотнилась, стала более осязаемой.
Это было странное ощущение, точно прикасаешься к чему-то живому, но совершенно иному. Тень под её пальцами колебалась, реагируя на прикосновение. Елена чувствовала, как печать в груди резонирует с этими колебаниями, создавая тонкую связь между ней и тьмой.
Позволь тени познать тебя, вспомнила она слова мастера. Медленно, очень осторожно, она направила каплю своей целительской силы в точку соприкосновения. Эффект был неожиданным - тень словно вздрогнула, а затем начала оплетать её пальцы тончайшими нитями.
Первым порывом было отдёрнуть руку, но Елена заставила себя остаться неподвижной. Тёмные нити не причиняли вреда, наоборот, каждое прикосновение приносило новое понимание. Она начала различать оттенки в кажущейся монолитной тьме, узоры внутри узоров.
Печать пульсировала всё сильнее, внезапно Елена поняла, что видит не только тени в своей комнате, но и все тени в крыле храма. Они образовывали сложную сеть, похожую на кровеносную систему здания. По этим теневым сосудам текли потоки энергии, не только тёмной, но и светлой, жизненной.
Это откровение потрясло её. Тени не были просто отсутствием света, они были частью естественного баланса, необходимой составляющей жизни. В них хранились отпечатки всего, что происходило в освещённых местах, словно бесконечный архив историй.
Елена осторожно попробовала углубить связь, позволяя теням коснуться не только её руки, но и запястья, предплечья. Тени жадно тянулись к её жизненной энергии, но печать не позволяла им взять больше, чем она готова была отдать.
Внезапно что-то изменилось, Елена почувствовала, как реальность вокруг неё начинает смещаться. Тени больше не были просто тенями, они стали дверями, окнами в другие места. Сквозь них она могла видеть другие комнаты храма, коридоры, даже сад.
Испугавшись, она резко оборвала практику. Видение исчезло, оставив после себя лёгкое головокружение и странное чувство потери. Печать в груди успокаивалась, возвращаясь к привычному ритму.
Елена посмотрела на свои руки, на коже остались едва заметные узоры, похожие на следы от прикосновения теней. Они медленно таяли, но она успела заметить, что рисунок напоминает письмена какого-то древнего языка.
Достаточно на сегодня, решила она, чувствуя, как усталость наваливается на плечи. Практика отняла больше сил, чем она ожидала.
Елена легла рядом с кроватью Лина, не спеша закрывать глаза. Теперь, когда она научилась по-настоящему видеть тени, мир вокруг казался богаче, глубже. В каждом тёмном уголке таились истории, в каждом пятне тени - возможности.
