– Послушай, я верю тебе, не нужно мне ничего доказывать. Но все происходящее может быть и простым совпадением. Вот-вот случится восстание, люди всего боятся. Восемь человек написали тебе неверный адрес, еще пятеро сбежали. А серьгу здесь обронили давным-давно.
– Или люди пропадают в Городе! А лорды-советники молчат об этом, полиция молчит. Что, если их больше, тех тринадцати человек, которых я нарисовала?
– Лилия, мы на необитаемой планете находимся, вокруг Города огромная стена. Впрочем, если людей все же похищают, то это очень, очень плохо. Это значит, что наше восстание как нельзя вовремя.
– Ты о чем, Артур? – поймав его замерший взгляд, спросила Лилия.
– Нет, ничего. – Он встряхнул головой. – Так или иначе, ты не могла одна это заметить. Если бы у Куперов в доме жил кто-то, а потом пропал, хотя бы соседи забеспокоились бы. Можно напугать родных, но заставить молчать целую улицу, всех друзей и врагов невозможно.
– Если только их всех не заставили замолчать, а самих Куперов – еще и бежать отсюда.
– Глупости. – Артур забрал у Лилии серьгу и кусочек обоев. – Я проверю то, о чем ты говоришь, – съезжу на юг и покажу ее Куперам. Но и только. Пойдем – остался третий этаж.
Впрочем, ничего более интересного они так и не нашли в оставшихся двух комнатах и на чердаке.
Было десять часов утра, когда они снова оказались на улице позади дома.
– Лилия, мне действительно кажется странным исчезновение такого количества человек… – заговорил Артур, когда дверь за ними закрылась.
Они находились в опасной близости от Храма, вокруг сновали полицейские, готовившиеся к нападению толпы, а потому пробираться на юг им предстояло снова дворами и переулками.
– Я понимаю, Артур. Да это и правда может быть совпадением. На тринадцать пропавших приходится одиннадцать человек, которых я нашла в итоге. Скорее всего, он даже и не жил здесь, этот мальчишка.
– Обещаю, мы найдем его, когда все закончится.
Он попытался улыбнуться, но тревожные мысли о расщепителе, метавшиеся в его голове, исказили улыбку, сделали ее чересчур вымученной. Он отвернулся и зашагал по переулку в сторону видневшейся вдалеке стены.
– Прости, но сейчас я не могу заниматься пропажей людей. У нас так много дел, – внезапно заговорил он. – Но, когда все закончится, обещаю, я разберусь.
– Понимаю. Прости, что отвлекла тебя. Артур, куда мы теперь идем?
– В чайную. Там меня уже ждут, наверное.
– А я…
– Там будет Джамал, заберет тебя.
– Не нужно меня забирать, – попыталась возмутиться Лилия, но Артур не слушал ее, быстро вышагивая по переулку и размышляя о чем-то своем.
– Нужно будет проехаться в вагончике, – внезапно сворачивая из переулка на широкую улицу, сообщил Артур.
Когда громыхающая конструкция тронулась от остановки, Артур отвернулся от полудюжины пассажиров, столпившихся в середине вагона, и уставился в окно. Лилии ничего не оставалось, как встать рядом и начать разглядывать пролетавшие мимо них городские пейзажи. Которые, к слову, были безрадостными. С каждым днем Город делался все мрачнее и неприветливее.
Лилия заметила, что первыми с улиц пропали зазывалы крошечных магазинов, владельцам которых не хватало денег на вывески, – так Город оглох на одно ухо. Затем расползлись по норам нищие и попрошайки – вернулись к стене, в свои бараки, и Город ослеп на один глаз. Следом стремительно начали редеть толпы прохожих, а шаг их начал ускоряться – им стало не до разговоров, не до сплетен, – и Город онемел.
Когда пропали с дорог электромобили, толпившиеся теперь, наверное, у ворот в ожидании, пока их пропустят дальше, к полям и станциям, транспорт оскудел – только электрические вагоны и электрички медленно ползли по рельсам.
Так замедлился кровоток Города.
И вот теперь даже уборщики перестали выходить на работу – мусор, листовки, газеты валялись на тротуарах, пролетали над проспектами и улицами.
Остались только полицейские патрули, мрачно бродившие среди заколоченных домов и готовившиеся бороться с инфекцией, очаги которой разгорались вовсю в карантинных кварталах.
Город впал в забытье.
– Выходим, – бросил Артур, как только вагончик в очередной раз остановился и распахнул двери.
Лилия поспешно вынырнула вслед за ним на улицу.
Чайная располагалась в кривом переулке, в одном из двухэтажных облезлых домов с узкими лестницами и тесными коридорами. Первые этажи в таких домах обычно были отданы под различные заведения и магазины – выход из их подсобных помещений вел во внутренний дворик с чахлыми деревьями, небольшой мусорной свалкой и какой-нибудь хибарой.
Посетителей в чайной не было – мятеж распугал всех.
– Хорошо, мы все же пришли раньше, – сообщил Артур, устраиваясь за дальним от входа столиком.
