Еще в студенческие времена был период, когда они, появляясь на различных тусовках, изображали из себя сестер. Это производило ошеломляющее впечатление из-за того, что они были разные. В принципе и их взаимный интерес был вызван тем, насколько не походили они друг на друга. Им нравилось бесконечно спорить и препираться. Дружбу это не разрушало, а каким-то непонятным образом укрепляло. Им было не скучно вместе, и они хорошо дополняли друг друга. При постоянных разногласиях по любому вопросу они умудрялись понимать друг друга практически без слов. И никогда не стремились подражать одна другой.
Эта разница во внешности и поведении давала им возможность оставаться самими собой. И при желании играть разные роли. Зачастую, не договариваясь заранее, а импровизируя на ходу, они выдавали себя то за преданных сестер, то за ссорящихся любовниц, то за соперниц. Увлекалась такими играми в основном Вика. Она любила примерять на себя разные образы. А Лера зачастую просто изображала фон, на котором могла блистать неугомонная подруга.
Вика экспериментировала с прическами, одеждой и манерой поведения, оттачивая мастерство завлечения в свои сети представителей противоположного пола. Ей нравилось дразнить их и чувствовать собственную власть. Она быстро увлекалась и мгновенно остывала, оставляя предмет своего интереса в полном недоумении. В итоге за ней прочно закрепилась репутация стервы, которой она очень гордилась.
– Все-таки приятно ощущать себя стервой, – сказала как-то Вика.
– Что же хорошего? – удивилась Лера. – Все опасаются тебя, и никто никогда не бывает искренним.
– Зато относятся всерьез.
– Кто?
– Мужики. Сама понимаешь, дамы меня интересуют мало, от них в жизни практически никакого толку. За редким исключением, – добавила Вика, поглядев на нахмурившуюся подругу.
– Что же тебе нужно от мужиков?
– Как это – что? Вся реальная власть в этой жизни у кого? А как они относятся к женщинам?
– По-разному.
– Как бы не так! Мы для них – коровы. Телки, поняла? Увидел, воспользовался – и пока, дорогая, все было прекрасно, как-нибудь позвоню.
– Не все же так! – возмутилась Лера. – Ты рассматриваешь крайние варианты. Есть еще и любовь.
– Какая, к черту, любовь! Тебе что, двенадцать лет, чтобы верить в сказки?
– А что же есть?
– Гормональный взрыв. Определенные химические изменения как реакция на внешний раздражитель. Когда все это бурлит в крови, возникает тяга к определенному человеку. Если ее удовлетворить, организм приходит в норму и притяжение исчезает. Все просто. Химия.
– И это все?
– Ну, конечно, если кто-то не отвечает взаимностью, тут и возникают разные навороты. Люди начинают страдать и придумывать всякую ерунду.
– Я не верю, что все так просто.
– Подрастешь – поймешь, что я была права.
Лере не хотелось принимать такую трактовку любви. Тогда она еще не могла опереться на собственный опыт, которого была лишена. «Время покажет», – думала она в те времена.
Время показало не скоро.
