Радиосообщения из Тромсё, в которых подробно излагались результаты наблюдений Торбьёрна Иохансена, сделанные им во время прогулок на велосипеде, попали в отдел OIC, занимавшийся немецкими надводными кораблями; отделом руководил легендарный лейтенант-коммандер Норман Деннинг. Деннинг и его подчиненные играли важную роль, определяя местоположение кораблей немецкого военно-морского флота, а также пытаясь предугадать, что предпримут в обозримом будущем немецкие адмиралы. В этой работе Деннингу неоценимую помощь оказывала богатейшая информация, получаемая от самых различных источников. Из Правительственной криптографической школы
В арктических водах было все спокойно с марта, т. е. с тех пор, как прекратились проводки конвоев в Россию. Несмотря на это, немецкие военно-морские силы сохраняли высокую степень боевой готовности и чаще, чем ранее, проводили учения. Сталин уже открыто выражал недовольство задержками в поставках, и все шло к возобновлению плавания после наступления полярной ночи осенью. В связи с этим в районах базирования немцев требовалось все больше агентов; эпизодических поездок на велосипеде уже было недостаточно.
Подготовительная работа началась. Летом 1942 года Финн Льед, курьер, который впоследствии был назначен министром промышленности Норвегии, пробирался из Швеции в Норвегию; он вез радиопередатчик, называвшийся «Лирой». Передатчик был спрятан в надежном месте до тех пор, пока 21-летнему курсанту Нильсу Хорнесу не было поручено установить передатчик поближе к стоянкам немецкого флота, который в то время находился в Нарвике. Однако прежде чем Хорнесу удалось найти исполнителя, корабли перевели дальше к северу.
Лишь весной 1943 года, после неоднократного перепрятывания передатчика, возможность его применения представилась сама собой. С помощью нескольких посредников Хорнес в конце концов вышел на 32-летнего Рольфа Сторвика, владельца деревенского магазинчика, в котором также размещалось отделение почты, телеграфа и посылок. Магазин был расположен в районе Порсы, на берегу Варгсунна, посредине между Альтой и Хаммерфестом. Сторвик, стойкий патриот, в свое время участвовал в боях, развернувшихся в 1940 году у Нарвика. Его предки перебрались на север, когда в горах Порса вскоре после наступления нового века были обнаружены богатые залежи меди. Однако Порса — это не Клондайк, и через несколько лет, в течение которых велась интенсивная добыча меди, ее запасы истощились. Владелец прав на добычу умер, а наследники либо не могли, либо не хотели продолжать работу. В результате с 1932 года шахты были заброшены, а канатная дорога, проведенная через живописную долину Порса, постепенно приходила в негодность и ржавела.
Теперь, спустя десять лет, Порса почти полностью вымерла; только семья Сторвиков да еще десять семейств пытались как-то жить здесь. Свои надежды на будущее они связывали с электростанцией, которая начала работать недалеко от этих мест в 1940 году. Ее мощность составляла 450 кВт, и она предназначалась для обеспечения электроэнергией ближайшего города — Хаммерфеста.
В начале 1943 года Нильс Хорнес, вместе со своим связным Эмилем Самуэльсбергом, сошел в Порсе на берег с борта парохода, принадлежавшего транспортной компании Финмарка. В багаже были спрятаны передатчик «Лира», пистолет «кольт», бинокль, четыре модели немецких боевых кораблей, карта Альты и 800 крон (в 1940 году это было равно 40 фунтам стерлингов) наличными. Интересно, что думал Хорнес, когда пароход огибал мыс и стала видна кучка домов, которая называлась Порсой. Он удивлялся, как это военное начальство, находящееся в таком огромном метрополисе, как Лондон, могло быть в курсе того, что происходит на крупнейшей военно-морской базе на севере Европы, на основании информации, получаемой из такого крохотного поселения. Порса-фьорд не был фьордом в полном смысле этого слова; это был просто залив, правда, вода в нем была глубокой до самого берега. От оконечности залива шел крутой подъем, который заканчивался моренным гребнем, а отсюда начиналась долина Порса. Среди разбросанных домишек выделялась выкрашенная в белый цвет вилла, у которой были окна со средниками и застекленная веранда, здесь когда-то сидел управляющий шахтой и любовался видом, открывавшимся за узким проливом.
Сторвик уже все подготовил. Он посвятил в свои планы одного из инженеров электростанции — 32-летнего Трюгве Дуклата, когда-то плававшего на торговом судне.
