Когда все распоряжения были исполнены, все оружие пересчитано, и Джейме оказался рядом с ней снова, она оттолкнула его. Раз, другой, третий; но он мог быть настойчивым. Ее трясло. Ему пришлось долго снимать с нее латы, разматывая спутавшиеся узлы. В его руках она тряслась и дрожала, молча, зубы клацали друг о друга, но потом, согретая его теплом, под собольими мехами, Бриенна успокоилась и притихла.
Ни слова ни произнеся в последующие часы.
— Пожалуйста, женщина, — прошептал тогда Джейме, прижимаясь лбом к ее плечу, — пожалуйста, вернись на юг. Я знаю о твоих сраных клятвах. Я знаю о сраной Зиме. Но я прошу тебя. Прошу тебя. Прошу. Уходи. Бриенна, уходи.
Это то, что он говорил каждый раз, когда кто-то из них был ранен, болел, отчаивался или возвращался живым из одиночного дозора.
Это то, чего он хотел. Зная, что его приговор от Таргариен предсказуем — смерть, конечно, — Джейме Ланнистер и не рассчитывал на что-то еще. Но знать, что погибнет Бриенна, и он почти видел, как это произойдет, было невыносимо. «Приди и умри со мной», говорила ему Серсея, и Джейме видел ясно, как никогда, цену такой просьбе и все возможные чувства, что за ней стояли. Потому что он говорил Бриенне нечто иное. Каждый раз, когда знал, что она не могла услышать последние три слова.
Прошу тебя, уходи и живи, потому что я люблю тебя.
*
…Джейме показалось, он ослышался, когда Мормонт бесцветно зачитал последние строки требований королевы Дейенерис. Видимо, не ему одному, ведь Джон тоже нахмурился.
— Я польщен приглашением, но не вижу смысла в посещении свадьбы Десницы, — Джон покачал головой.
Дейенерис, обещающая безопасность гостям — Джейме не верил ни слову.
— Ее величество предлагает обмен заложниками, если это вас устроит, — почтительно добавил Мормонт. Джон покосился на него с неприязнью.
— Кого она даст нам? Дрогона? Рейегаля? — фыркнул он, — это единственные заложники, что могли бы представлять цену. Что ж, мой ответ остается прежним. Перешеек — территория Севера. Я не желаю видеть ни одного из тех, что присягнули Железному Трону, севернее. Безупречные и дотракийцы не будут иметь моей поддержки в сражениях с мирным населением юга. Я не выдам своих командующих для казни.
Джорах приветливо склонил голову.
— Боюсь, речь идет не о заложниках со стороны ее величества. Я слышал, старший Лев также женится? Примите мои поздравления. Хотя, как я слышал, Ланнистерам не особо везет со свадьбами в последние годы.
Джейме больше всего на свете желал бы сжать руку Бриенны в эту минуту. Сука Таргариен все-таки сделала это.
Она торговалась за жизнь Тириона. И она угрожала всерьез.
— Да. Лорд-командующий и леди-командующая решили пожениться. Сегодня, — голос Джона был мягок, как растопленное масло, — если вы освободите путь в богорощу, командующий Мормонт, это будет благородно с вашей стороны.
— Я полагал, вы предпочитаете обряды в Свете Семерых, — наконец, Драконий Мясник смотрел прямо в лицо Цареубийце.
— Север меняет людей, — вымолвил он, представляя себе лицо Тириона и его смерть под мечом Мормонта.
— Ее величество нашла бы это весьма сентиментальным.
— Наверняка. Но вряд ли более сентиментальным, чем приглашение для вас. Окажите нам честь, командующий Мормонт, посетив свадебную церемонию. Возможно, мы окажем ответную любезность, посетив ее величество.
…Джон остановил Ланнистера, едва только они отошли на достаточное расстояние.
— Нет, — вот было все, что он сказал, — Ни один из наших людей не сделает и шаг южнее Перешейка.
— Как будет угодно вашему величеству.
— Один шаг — и я буду рассматривать это как дезертирство. Кого бы дезертир ни желал спасти. Даже родного брата.
— Конечно, ваше величество.
— Вы женитесь сегодня, лорд Ланнистер, — Джон приблизился к Джейме так, что он мог разглядеть собственное отражение в его блестящих черных глазах, — люди Штормовых Земель получают свое удовольствие и долгожданный союз от вашей внезапной свадьбы, честь леди-командующей прославляют по всем землям, а мы дожидаемся удобного случая, когда оголодавшие дотракийцы покинут Риверран. Вопросы?
Когда Джейме взглянул на Бриенну, стоило Джону покинуть их, отчуждение между ними ощущалось остро, как никогда. До лагеря Ланнистеров вне стен Винтерфелла оставалось не больше полумили. Джейме чувствовал невыносимую тягу убежать — он не знал, куда. Возможно, в прошлое, возможно, в будущее — как можно дальше от всего, что болело внутри.
— Нам следовало остаться за Стеной, — сказал Джейме, — навсегда.
— Мертвыми.
— Нет, нет. Живыми. Или мне следовало умереть. Не знаю. Мирцелла осталась бы жива. Тирион не помышлял бы о мятеже и не стал бы заложником. Тебя бы украл кто-нибудь вроде Тормунда.
— Зачем ты просил моего отца… зачем ты хотел жениться на мне? — вдруг повернулась она к нему, краснея и хмуря брови. Джейме развел руками, кривя губы.
— Женщина, я не хотел — я предложил. И он мне отказал. Не о чем говорить.
— Но теперь он не отказал.
— А в этот раз я и не просил, — Джейме повел плечами, злясь и досадуя на то, что чувствует в эту минуту.
