Ей удается отбросить врага от него в последнее мгновение, но вместе с тем она балансирует на самом краю на одной ноге, и только Джейме ухитряется удержать ее, бросившись к ней и втащив ее обратно.
Над северным горизонтом разгорается зеленое пламя близкой смерти. Буря идет на них, и жизнь ведет счет на минуты. Но Джейме рядом, и она смотрит только на него и дышит только им.
Теперь, стоя между позициями Джейме и королевой Дейенерис, Бриенна снова чувствует уверенность и гордость.
Страх понемногу отступал по мере того, как дракон приближался. Огромная черная чешуйчатая шея клокотала, мелко подрагивали шипы на загривке. Бриенна не видела Дейенерис. Она смотрела черному дракону точно в глаза.
— Дракарис, — услышала она над собой голос королевы.
Послышался звук, с которым обычно в мехе с молодым вином лопаются пузырьки от долгой тряски.
На короткое мгновение Бриенна зажмурилась, не желая смотреть смерти от огня в лицо.
Но ничего не произошло, кроме того, что жар приблизился, и ее рук коснулось теплое, даже горячее дыхание дракона. Она приоткрыла один глаз.
— Дрогон, Дракарис!
Ноздри дракона раздулись. Он обнюхивал ее, начиная с живота. Совершенно очевидно для Бриенны было, что происходило нечто, неподвластное человеческому пониманию.
Огромные глаза дракона открылись чуть шире, и правого бедра Бриенны коснулось нечто горячее и влажное. Затем дракон двинулся назад. Шаг за шагом, сопя и порыкивая.
Бриенна почувствовала головокружение, стоило ей только понять, что смерть в ближайшие секунды ей не грозит. И, чем больше накатывало это осознание, тем сильнее кружилась голова. Она постаралась дышать как можно глубже, но это привело лишь к тому, что ее совершенно повело в сторону.
Дракон обеспокоенно остановился, вдруг дернулся снова к ней.
«Сзади», услышала она вдруг так же ясно, как если бы это прокричали ей в ухо, и прыгнула вперед, разворачиваясь, готовая встретить что угодно и кого угодно.
Только не Джораха Мормонта.
*
— Дракон ее не тронул, милорд.
Джейме медленно, боясь лишний раз вдохнуть, обернулся. «Твоя шлюха будет гореть, Цареубийца», звучала угроза Дейенерис у него в ушах. Надолго ли его женщина спаслась, если все же спаслась?
Дым и копоть, спускавшиеся сумерки поглотили все поле боя, и Джейме уже не мог разглядеть противников. Следующее, что он смог увидеть, был медленно взлетающий дракон. Очевидно, Бриенна, если уцелела, отступила в лес. Ни ее знамен, ни герба Мормонта видно не было.
— Прикрытие потеряло много людей? — ровно спросил лорд Ланнистер. Сир Аддам прищурился, прикидывая.
— Пятьсот, я полагаю.
— Имеет ли смысл идти к ним?
— Милорд…
«Конечно, имеет. Там наша леди», было написано у него на лице. Но Джейме и так это знал.
— Я пойду, — за его спиной появился лорд Селвин. Джейме совершенно забыл о его присутствии. Лорд Тарт, как всегда, величественный и спокойный, казался совершенно не утомленным долгим противостоянием с дотракийцами и Безупречными. В очередной раз Джейме подивился, как это ему удается.
— Уже темнеет, — добавил Тарт убежденно, — пойдем без лошадей. Тогда возможно будет использовать огонь.
— Я пойду с вами, — Джейме решился, — сир Аддам, возьми наших людей, обходите овраги и спускайтесь у ручьев. Пока лучше отсидеться, в темноте для нас опасен только дракон. Где Баратеон?
Джендри никто не видел.
— Где король Сноу?
Джон, отправившийся в овраги, тоже не давал о себе вестей. В лиловых туманных сумерках Джейме мог разглядеть костры Старков, но кто именно был там? Он поправил ножны, последовал за лордом Селвином.
— Рассредотачиваемся вдоль опушки, — скомандовал лорд Тарт, — двигаемся тихо. Возможно, дракон отправился за ужином. Будет лучше, если мы не станем рисковать.
Джейме согласно кивнул, молчаливо подчиняясь своему тестю. Сейчас он был не лордом-командующим Ланнистером, а всего лишь воином Джейме, отправившимся на помощь любимой женщине.
Совсем как Зимой.
— …Ты могла умереть, Бриенна, — серьезно надавил он голосом, и она стыдливо опустила глаза. В другое время он бы улыбнулся.
— Я же не умерла.
— Но ты могла. Боги, чем я заслужил это всё?
— Джейме…
Это было не совсем то, о чем он мечтал после победы. Им следовало поцеловаться, признаться друг другу в любви, им следовало обнять друг друга нагими под мехами, но вместо этого они свалились в палатке обессиленными, держась друг за друга, еле стянули сапоги и доспехи — мятый нагрудник Джейме сдирал почти заледеневшими пальцами — и лежали, грязные, ободранные, уставшие, даже не в силах открыть глаза и посмотреть друг на друга.
Но он все же взглянул ей в лицо. Она засыпала. Полосы грязи, размытые слезами и мокрым дождем, начинались на щеках, сползали вниз.
— Давай-ка разденем тебя, — прошептал он, находя силы подняться. Бриенна промычала что-то согласно.
Он отвел глаза, когда задрал вверх ее тунику. Почти на ощупь нашел завязки рубашки. Провел рукой по глубокой царапине — вспухшие края, запекшаяся кровь — вдоль ее левой ключицы.
— Я позову мейстера?
— Ложись спать, — простонала она, поворачиваясь с трудом на бок и терпя неудачу в этом.
