— В общем, я скажу, что думаю, понял? — проскрежетал Пёс, сминая руками край рубашки и пряча глаза, — а там сам решай, что делать. Дело было так. Началось все с того, что однажды к ней пришел в покои Бес…
В жизни Джона было много горечи. Смерть Робба и собственная беспомощность. Взгляды леди Кейтилин. Смерть Игритт. Смерть Джиора Мормонта. Риккона. Много смертей многих друзей и любимых. Одно из последних воспоминаний — красивая, мертвая Дейенерис на земле.
Это было так глупо — держать ее в объятиях, плакать над ее телом, даже зная, что она и при жизни не отвечала ему взаимностью. Смотреть на ее белоснежную кожу, на ее волосы, в ее умиротворенные глаза, звать по имени.
— Так что, он хочет сказать, что она просто упала с дракона?
— Дракон ее скинул! Я видел, как она летела. Как перышко.
— Да нам-то не заливай. Удушил, небось, и все.
В ее смерти тоже была определенная мудрость, должно быть. Ее не убили одичалые, Иные, дотракийцы или мстители, к какому бы дому они ни принадлежали. Ее не убили драконы — разве можно было винить Дрогон, что Мать не пережила любви своих детей? Вряд ли. «Я всегда хотела летать, как они, — говорила Дейенерис в далекие дни, когда хоть немного, но любила его — или Джону так казалось, — а вместо этого все, что я могу — гореть в огне, как они». Было ли это откровением свыше, которое она получила? Джон радовался тому, что ему не пришлось ее убить.
Только бы не пришлось убивать и Сансу.
Клиган ясно дал понять, что сначала придется расправиться с ним — несмотря ни на что. Не то что это было бы сложно, имея за спиной Тормунда и его парней.
— Ты заняла свои покои, Санса? — спросил Джон. Она покачала головой. Тонкие пальцы на подлокотниках Железного Трона были белее снега за Стеной.
— Я ждала тебя.
— Хорошо. Я отдам распоряжения.
Она кивнула. Джон не мог не увидеть страшную пустоту в ее по-зимнему прозрачных голубых глазах. Муть пасмурного неба в них, красные круги очевидной многодневной бессонницы — он видел достаточно. Комок в горле заставил его ослабить воротник. Он посмотрел на Клигана. Тот по-прежнему стоял за плечом леди Старк. Глыба из плоти и крови. Монумент собачьей верности, безрассудной, беспримерной.
И настоящей любви, подумал Джон. Любви, которая иногда требует большего, чем верность. Которая иногда требует измены, чтобы спасти любимого.
Он сделал шаг назад от Железного Трона, отпуская руку сестры, чувствуя, как расстояние между ними увеличивается, превращается в пропасть, в расставание, возможно, навсегда — ее рука упала, в глазах мелькнул страх. Глядя на ее губы и вспоминая их вкус, Джон произнес громче:
— Встаньте, леди Старк. Вас проводят в ваши покои. Вы будете в безопасности.
— Джон? — ее голос прозвучал неожиданно тускло и слабо.
— Не усложняй, Санса, — это прозвучало скорее мольбой.
— Джон! — она подскочила на месте, но была поймана Псом. Джон повернулся к ней спиной.
Он не мог и не хотел смотреть ей в глаза. Двое стражников сделали к ней шаг, но он поднял руку. Сандора Клигана почти наверняка достаточно. И вряд ли он допустит, чтобы к Сансе притронулся кто-либо еще.
— Джон, выслушай…
«Нет». Джон шагал назад, дальше и дальше, от трона, который погубил столь многих из его предков. Предков Таргариенов. Он не хотел отдавать трону и Старков.
«Прости меня, Санса».
Комментарий к Братья и сестры
Уф. Ну что ж, вот теперь осталась одна глава и послесловие автора. И они точно будут ждать еще одну иллюстрацию)
========== Драконы знают лучше ==========
— Храните меня Семеро, что это? — толкнул Бронн локтем Джейме Ланнистера, когда тот явился в Красный Замок в сопровождении орды Тартов, среди которых терялась даже рослая Бриенна.
— Моя новая родня, — пробормотал Лев в ответ, издавая смешок с оттенком паники, — незаконнорожденные шурины. Приехали почтить память отца.
— Ай да Вечерняя Звезда, — присвистнул рыцарь, кусая губы, чтоб не заржать как конь, — хотя, знаешь, это логично. Звезд на небе много, звездопады тоже явление нередкое…
Джейме раздирал ногтями бороду. Самая низкая из сестер Бриенны была с него ростом. Тартская порода проявлялась во всех детях Селвина. Бронн, в отличие от Джейме, обладал природной склонностью к сложным генеалогическим вычислениям, и через пять минут после знакомства с блондинками-островитянками мог с уверенностью сказать, что лорд Селвин, помимо любвеобильности, обладал также потрясающим разнообразием вкусов.
— Вот у той, как ее там, мать из Дорна. Эти два парня от бабы с Железных Островов, — спешил Бронн помочь своему другу, — ты не слушаешь!
— Я бы в жизни не поверил, что у них разные матери, — честно признался Ланнистер, слегка обалдело созерцая почти неразличимых высоких светловолосых островитян, — вот кого надо на трон. Крепкая порода, не спутаешь ни с кем. Прибыли почтить память отца, но я не представляю, что мне с ними…
— Я знаю, у кого точно есть идеи, — пробормотал Бронн; покорившиеся дотракийцы с одной стороны, и косматые одичалые — с другой, буквально пожирали Тартских девушек взглядами.
