Лорд Десница поймал себя на том, что смотрит в зеркало, не сразу понимая, кого в нем видит. Все кричало о том, что ему надо бежать. Как можно дальше от драконьей королевы. Не один раз она вспыхивала гневом в его присутствии, называла его исключительно «Ланнистер» и один раз высказалась на тему того, что было бы неплохо взять его в заложники и заманить таким образом его брата в Королевскую Гавань.
Тирион спал с кинжалом в руке и топориком под подушкой. Одержимость Дейенерис Цареубийцей приобрела характер самого что ни на есть безумия.
Последний раз она пригласила Тириона на набережную, где в два ряда стояли Безупречные, и у него нехорошо засосало под ложечкой. Если это был конец, он хотел бы знать заранее. Но в конце пирса обнаружилась клетка с облезлым львом.
Без передней правой лапы. Тирион медленно выдохнул.
— Будет ли справедлив поединок двух львов, когда я наконец получу вашего брата в свои руки?
— Определенно, вы уже продумали идею наказания, — мертвым голосом произнес Тирион, — но как вы хотите получить моего брата в свои руки живым? Мирцеллы больше нет. Его ничто не держит здесь.
— Здесь нет. И даже лорд Тарт покинул свой остров. Шлюха Цареубийцы служит сестре моего мужа, леди Арье, — спокойно ответила Дейенерис, — и я как раз направляюсь на север.
Тирион сглотнул еще раз.
— Мы не построим будущее без возмездия за прошлое, — продолжила со своими отработанными интонациями пророка королева, вышагивая рядом с ним, — как бы вы смотрели на королеву, которая оставит в живых убийцу своего отца? Ваша сестра не оказала значимого сопротивления. Ее смерть была подобающей благородной женщине.
Тирион до сих пор видел в кошмарах эту «благородную смерть» и уже подозревал, что Джейме ожидает нечто похлеще.
— Мой муж не откажет мне, — уверенно продолжила Дейенерис, — я отправляюсь к нему.
Тирион остановился и внимательно посмотрел на Дейенерис.
На ней должен был пресечься род драконов. Окончиться история безумия. Как бы Тирион не любил Мирцеллу — с самого детства это чувство было взаимным, — он не мог не думать, оплакивая ее, что смерть спасла ее же саму от вероятных горестей, ждущих в будущем. Живой пример перед глазами не оставлял сомнений. Отдаленные последствия инцеста, поколения за поколениями обожествление власти родили ее — красивую, очаровательную, бесстрашную Дейенерис Таргариен, принесшую столько блага одним народам — и не меньше бед другим.
И весы качнулись в сторону безумия. Десница мог только надеяться, что Джон Старк не станет рядом со своей властной полубожественной супругой бастардом Сноу, не прогнется, сохранит рассудок ясным. Но если нет, все надежды Тириона были устремлены на леди Старк-старшую. Если только драконью королеву внезапно не замкнет на ее персоне так же, как на Джейме.
«Милая Санса! Сердечная привязанность, которую я питаю к вам, заставляет меня тревожиться больше за вашу безопасность, нежели за собственную. Однажды, много лет назад, вы были чересчур честны со мной, а я — недостаточно напорист с вами, и годы спустя я могу только сожалеть об упущенных возможностях подарить вам счастье, которое, смею надеяться, вы все же обрели либо обретете.
Для меня нет большей заботы сегодня, чем опасность, угрожающая вам и моему брату Джейме. Королева Таргариен отправилась в Винтерфелл. Скорее всего, продвижение ее будет замедлено в Речных Землях. Не мешкая ни минуты, готовьте замок к долговременной серьезной осаде. Убедитесь в лояльности вашего ближайшего окружения. Лианна Мормонт достойна всяческого доверия, но не стоит забывать, что ее кузен Драконий Мясник Джорах. Родственные узы могут рваться и восстанавливаться.
Пять тысяч Безупречных и восемь тысяч дотракийцев сопровождают королеву. Ни я, ни кто-либо другой не может знать, будет ли у нее другая поддержка на суше. Самые различные сведения поступают из Эссоса. Будьте наготове. Я буду искать любой возможности оказать помощь и послать весть. За сим остаюсь ваш, навеки преданный вам, Т.».
Было ли ребячеством поцеловать письмо на прощание? Он усмехался, глядя вслед ворону. Мужчины Ланнистеры славились своей склонностью к романтическим жестам и безответной платонической любви.
Улыбка Тириона померкла, когда он подумал о Джейме.
*
Письма от Тириона Бронн Черноводный всегда хранил отдельно от прочих. С Ланнистерами никогда не знаешь, что может пригодиться и когда. Но когда вороны стали прилетать по три раза на день, пришлось задуматься.
Бронн знал Беса достаточно, чтобы понять, что младший Ланнистер в отчаянии. Отчаяние выражалось во все более длинных письмах, бурной деятельности и огромных тратах.
В свое время Маленький Лев предложил ему заниматься деликатными делами, такими, что требовали бы исключительной ловкости, умения скрываться, втираться в доверие. И в этом обманули, вздыхал Бронн.
Ибо перемещение и снабжение восьмитысячной армии никак нельзя было назвать таким маленьким делом.
