Неизвестно отчего Эллис побледнел: «Той, что умерла…» Почему эти слова навеяли на него страх? Он вдруг почувствовал, что предугадывает будущее, видит опасность, которой она подвергается; между ними возникла темная завеса, реально ощутимая, угрожающая. Эллис вытянулся на постели, указательный палец его целился в Грейс.
— Смотрите, как бы и вы тоже не умерли, — сказал он. — Крейн замыслил худое против вас. Я уверен! Это просто безумие — принимать его подарки! — И неожиданно, позабыв о собственной судьбе, воскликнул: — Бегите! Бросьте меня! Оставьте этот дом, пока еще не поздно. Вы меня поняли? Сбросьте платье и бегите!
Она смотрела на него внимательно, ошеломленная его испуганным видом и отчаянием.
— Хватит разглядывать меня! — крикнул он, ударив кулаком по одеялу. — Бегите, спасайте свою шкуру! Он погубит вас, я убежден! Что-то в нем подлое, это дьявол…
— Какое странное сравнение — дьявол… — заметил Крейн, появляясь на пороге. Усмешка играла на его губах, хотя вид был озабоченный.
Эллис взглянул на него с ненавистью.
— Не нужно пугать эту малышку. — Крейн приблизился к девушке, повернувшей к нему бледное, взволнованное лицо. — Не правда ли, она очень хороша? — Он подарил ей сияющую улыбку.
Грейс обрела спокойствие под взглядом Ричарда. Эллис молчал. Ему невыносимо было видеть их вдвоем, и, отвернувшись, он смотрел в сад, сжимая кулаки, с выражением застывшего страдания.
— Как вы себя чувствуете? — вежливо поинтересовался Крейн. — Быть может, вам что-нибудь нужно? Например, книга. Она могла бы вас развлечь.
— Убирайтесь! — гаркнул Эллис.
— Какой странный человек, — заметил Крейн, провожая девушку к двери. — Надо принести ему обед. Возможно, это сделает его добрее.
Он положил руку на плечо Грейс.
— Что он говорил вам? — Ричард привлек девушку к себе.
Грейс высвободилась из его объятий и вышла из комнаты. Эллис не видел ее лица, но знал, что она испытывала замешательство и страх. Что же касается его, то нежный жест Крейна глубоко поразил и шокировал его.
Ричард смотрел на Эллиса, глаза у него бегали.
— Мы кое-что отпразднуем сегодня вечером, — промолвил он.
И уже с порога добавил:
— Я откупорю бутылку шампанского. Поздравьте меня. Грейс согласилась стать моей женой.
Полицейский пост Тейлхема располагался в старом деревенском доме. Он ничем не отличался от прочих коттеджей, разве что синей лампочкой над входом и бело-голубой вывеской, на которой значилось единственное слово: «Полиция». Передняя комната была переоборудована под кабинет, остальную часть дома занимали комиссар, его жена и дочь Дафне.
Агент Роджерс сидел в кабинете своего шефа. Через полчаса он должен был двинуться в свой ночной обход. Летом и зимой, независимо от погоды, он патрулировал в регионе дважды в сутки на велосипеде. Никаких событий не происходило, и он давно уже утерял свой энтузиазм новобранца. Ему не случалось кого-нибудь арестовывать, ловить браконьера на месте преступления, спасать молодую красивую девушку из лап сатира. Одна только мысль сидела в голове — поскорее закончить патрулирование и возвратиться на полицейский пост. С момента назначения в Тейлхем он влюбился в Дафне и обожал ее на расстоянии. Ему следовало бы признаться, что он немного побаивается ее, но это ничего не меняло в его чувствах к ней. В минуты горького пессимизма он сознавал, что Дафне — не для него.
Роджерс знал, что она поддерживает дружеские отношения с Крейном. Это была заманчивая партия для Дафне. Роджерс твердил себе об этом без конца. Крейн — владелец роскошного дома, у него огромный «бьюик», он прекрасно одевался, обладал изысканными манерами, и у него всегда полно денег.
Но это не мешало Роджерсу любить Дафне, и в данный момент он прислушивался к ее беседе с матерью на кухне.
Заслышав тяжелые шаги комиссара, Роджерс поспешил к своему маленькому запыленному столу, стоявшему в углу комнаты. Сквозняки вольно разгуливали по нему.
Дверь отворилась. Комиссар Джеймс держал в руке только что полученное письмо.
— Должен признать, что они довольно оперативны, — нехотя заявил он. — Гораздо больше, чем во времена моей юности. Немного небрежны, но этого следовало ожидать. В наши дни всем не хватает профессиональной добросовестности.
Роджерс хмыкнул. Эту песню он хорошо знал и слушал ее невнимательно.
— Они вернули вам часы, сэр? — поинтересовался он.
— Да. — Комиссар Джеймс дернул себя за усы, насупил брови. — Отпечатки не фигурируют в картотеке. Это впервые я так промахнулся. В конце концов, хороший урок. — Он уставился на Роджерса голубыми колючими глазами. — Пускай это научит тебя не соваться в дела высшего света, мой мальчик. В следующий раз, когда у тебя возникнут какие-то идеи относительно подруг мистера Крейна, пожалуйста, держи их при себе.
— Есть, шеф. — Роджерс спрятал улыбку под каскеткой.
Он знал, что Джеймс также подозревал Грейс и что результаты экспертизы его тоже разочаровали.
Комиссар изучал содержимое полученного письма.
