– Надеюсь, она сдохнет до того, как решит перейти мне дорогу. – Тонкие губы Акулины расползлись в хищной ухмылке. Взревел мотор, и машина рванула с места, обдав Алекса жаркой волной выхлопов.
Несколько мгновений он смотрел вслед стремительно удаляющемуся автомобилю, а потом вернулся на террасу, уселся в своё любимое кресло, посмотрел на Лаки. Лаки тоже посмотрел. Взгляд его был не особо приветливый, но в их взаимоотношениях определённо наметился прогресс.
– Это Акулина, – сказал Алекс. – Та ещё язва.
Лаки вздохнул. Как показалось Алексу, понимающе.
– Но жрать её нельзя. Она, хоть и язва, но все равно член стаи. Уяснил?
Лаки снова вздохнул. На сей раз, с явным сожалением.
Эту штольню Ю оставила на закуску. Отчасти, потому что штольня располагалась в семи километрах от дома, и чтобы до неё добраться, нужно было подгадать время. Дора очень редко брала выходные дни. Ю даже начало казаться, что у директрисы вообще нет собственного жилища. Зато в доме у неё имелось что-то наподобие однокомнатной квартиры с крошечной кухней и отдельным санузлом. Непростительная роскошь, по мнению Ю и остальных обитателей дома.
Опять же, в тайге той осенью было небезопасно. Не в смысле расплодившихся за лето волков, волков Ю не особо боялась. Бояться следовало двуногих. Про лесные банды знали все в Трёшке и все в доме. В открытую бандами их никто не называл, а может быть и не считал. Чёрные старатели были в округе во все времена. Многих из них Ю знала благодаря деду. Приходили к нему очень разные люди. Бог весть по каким делам. Но те люди были старыми и бывалыми. Часть местной экосистемы, если уж на то пошло. Да, на хлеб с маслом они зарабатывали незаконным промыслом. Иногда на хлеб с маслом, иногда даже на хлеб с красной икрой, но чаще всего просто на хлеб. Золото мыли не в промышленных масштабах, а так, чтобы просто продержаться на плаву. Дед часто повторял, что золотодобыча – это тяжкий и неблагодарный труд, что не у всех есть дар чуять золото. При этом смотрел он на Ю едва ли не с осуждением. Или ей просто так казалось?
Как бы то ни было, но золотодобытчики из местных старались не лютовать без лишней надобности. Дела свои обделывали тихо, на рожон не лезли и случайных людей обходили стороной. Но это те, что из старых. Ходили слухи о появлении в тайге залётных старателей, борзых, безбашенных, одуревших от близости золота, способных на всё. Вот этих залётных и следовало опасаться.
Нет, Ю не боялась ни своих, ни чужих. В тайге она ориентировалась лучше, чем иные в городе, в случае чего могла и спрятаться, и убежать, и ввязаться в драку. Это на самый крайний случай. Она боялась за Василька, который не на шутку увлёкся поисками золота и относился к их вылазкам, как к удивительному приключению. Василёк, толстый, слабый, беспомощный в обычной жизни, в тайге преображался. Он никогда не ныл, не жаловался на жару, насекомых и скорость, с которой предпочитала перемещаться в лесу Ю. Он даже темноты штолен не боялся. Вот такая аномалия.
Про дальнюю шахту Ю узнала совершенно случайно. Пожалуй, больше тайги она любила только книги, а в доме имелась весьма приличная библиотека. Когда в Трёшке закрылся дом культуры, Дора прибрала к рукам всю тамошнюю библиотеку. Когда приказала долго жить контора по геологоразведке, приняла в дар спецлитературу. Вот в спецлитературе Ю и нашла информацию про дальнюю шахту. Информация была скудной, касалась в основном геологического состава пород. На первый взгляд, состав был мало перспективный, но это на бумаге. Ю захотелось увидеть шахту своими собственными глазами. В обтрепанной картонной папке с надписью «Шахта № 13» обнаружились карты и снимки местности двадцатилетней давности. Ясное дело, что за несколько десятков лет местность могла измениться до неузнаваемости, но всё же, но всё же…
Кажется, когда-то давно шахта № 13 процветала. На старых фото Ю могла рассмотреть полуразрушенное кирпичное здание. Чем оно являлось во времена своего расцвета, она понятия не имела, но если есть здание посреди тайги, должен быть и спуск в шахту. Ю даже примерно представляла, где именно его стоит искать. На дыры в земле у неё была почти такая же чуйка, как и на золото. Оставалось дождаться, когда Дора возьмет один из редких выходных и свалит из дома хотя бы на сутки. В отсутствие директрисы в доме наступала анархия. Оставшиеся на хозяйстве воспитатели и нянечки предпочитали заниматься собственным делами, а не воспитанниками. Подопечные накормлены, напоены, в тепле, в добре! А что ещё нужно?
Вот одного из таких дней и дожидалась Ю, а параллельно молила бога о том, чтобы установившаяся теплая и сухая погода продержалась как можно дольше. В холод и ненастье в тайге делать нечего. Эх, заканчивается сезон…
А с Васильком они договорились: в разведку на дальнюю шахту Ю пойдет сама, осмотрится на месте, выработает план, а уже потом они двинут вдвоем. Если позволит погода, то осенью, а если нет, то подождут весны. Куда им спешить?
