Лаки тоже выглядел задумчивым и чуть обалдевшим. Похоже, новый гастрономический опыт его несколько ошарашил. В запасе у Алекса оставалась ещё упаковка долгоиграющего лакомства для собак в виде печенюшек. В слово «долгоиграющее» он теперь верил не особо, но отважился на эксперимент: положил несколько печенюшек не в миску, а к себе на ладонь. В каком-то смысле это был прыжок веры. Если Лаки увлечется, если не рассчитает силы, если поддастся азарту, то запросто можно остаться если не без руки, то без пальцев. Но нужно же с чего-то начинать строить их отношения!
Лаки рассчитал всё верно. Его длинный язык в мгновение ока слизнул печенюшки с протянутой ладони, щёлкнули мощные челюсти и на морде пса появилось выражение блаженства. Начало было положено. Алекс испытал острое желание скормить Лаки все оставшиеся печеньки, но удержался, решительно поставил упаковку на верхнюю полку кухонного шкафчика. Лаки выклянчивать угощение не стал, лишь посмотрел на шкафчик долгим, задумчивым взглядом.
– Это не еда, – попытался объяснить Алекс. – Это как… конфеты. Их нельзя есть без контроля, ими нужно наслаждаться. Понимаешь?
До ответа Лаки не снизошел, даже кончиком хвоста не дернул. Он отвел взгляд от шкафчика, уставился на Алекса, словно желал знать, что у них дальше по списку.
Дальше по списку была сущая ерунда – игрушки, которые магазин положил в качестве бонуса к основному заказу. Мячик и нечто невнятное, похожее на изможденного и ощипанного гуся. Алекс начал с мячика, положил на доски террасы, подтолкнул к Лаки. Пёс посмотрел на мячик с недоумением. Значит, не сработало, но для чистоты эксперимента Алекс швырнул мячик как можно дальше к озеру. И вот тогда-то он и увидел, с какой скоростью может перемещаться в пространстве его пёс. Лаки поймал мячик в полёте, осторожно зажал в зубах, принёс обратно.
– Повторим? – Алекс протянул руку, и мячик упал на его раскрытую ладонь, а Лаки в нетерпении переступил с лапы на лапу.
Повторять пришлось раз тридцать. До тех пор, пока у Алекса на заныло плечо.
– Ну все! – Он плюхнулся в кресло. – На сегодня хватит. Мячик можешь оставить себе.
Лаки, сжимающий мячик в челюстях, огляделся, а потом аккуратно положил его в центр своей новой лежанки. Неизученным оставался лишь изможденный гусь, предназначение которого было Алексу неведомо. Гусь лежал на самом дне опустевшей коробки и вставать за ним было лень.
– Там для тебе ещё кое-что. – Алекс указал на коробку.
Лаки проследил за его взглядом, замер в нерешительности. Было видно, что псу не хочется оставлять мячик без присмотра, но коробка тоже манила.
Когда челюсти Лаки сомкнулись на шее гуся, тот издал тоненький, жалобный звук. Наверное, где-то в тощем тельце была спрятана пищалка. Лаки от неожиданности разжал пасть, а потом снова прихватил гуся зубами. И сразу стало ясно, что это любовь! Огромная, зловещего вида псина таскала гуся по террасе, укладывала на лежанку, ласково покусывала, явно наслаждаясь сомнительной красоты звуками, которые тот издавал. Похоже, Лаки и в самом деле был ещё очень молодым псом.
После обеда позвонил дед, поинтересовался, как движутся дела. Алекс сказал, что все идет по плану, вдаваться в подробности не стал. Рассказывать про Лаки тоже не стал, решил придержать эту информацию до личной встречи.
А вечером явился нежданный гость. Ещё более нежданный, чем Акулина!
Тихон Славинский личного общения с Алексом избегал с той приснопамятной потасовки в далёком детстве. То ли затаил обиду, то ли до сих пор не мог пережить тогдашний свой позор. Как бы то ни было, а с Тихоном они виделись исключительно на официальных мероприятиях в семействе Славинских да пару раз на выставках Таис, когда увильнуть от прекрасного не удавалось ни одному из них. Общение в таких случаях сводилось исключительно к сдержанным приветствиям, не более того. И ни разу за все эти годы Тихон не приезжал в Гавань. А тут вдруг явился.
В отличие от машины Акулины, респектабельная «Ауди» Тихона ползла по подъездной дорожке осторожно и медленно, словно опасаясь поцарапать свои сияющие бока. Алекс бросил внимательный взгляд на Лаки. Пёс не выражал ни беспокойства, ни раздражения. Он смирно лежал на входе на террасу. Охранял?
– Лаки, отойди в сторонку, – попросил Алекс, и пёс, скосив на него взгляд, встал и перебрался к двери в гостиную. Сменил боевой пост.
Тихон тем временем выбрался из машины и остановился в нерешительности.
– Не знал, что Андрей Сергеевич завел пса, – сказал он с легкой брезгливостью в голосе.
– Это не Андрей Сергеевич, это я, – ответил Алекс. – Чем обязан?
Обмениваться рукопожатиями они не стали. Ещё один показатель напряжённости в их отношениях.
– Я могу войти? – спросил Тихон. – Твой… зверь на меня не бросится?
Словно понимая, что речь идет о нём, Лаки оскалился, и Тихон отшатнулся.
– Входи, – разрешил Алекс. – Мой зверь на тебя не бросится.
