Тихон был из породы людей, которые верят, что деньги решают всё. А ещё он почему-то искренне считал, что Алекс живёт едва ли не впроголодь и перебивается с копейки на копейку. Алекс никак не мог понять, в чём причина такой уверенности. Возможно, в том, что Алекс не придавал должного внимания внешним атрибутам богатства и власти. А возможно, в личном опыте Тихона. Лука Славинский был тем ещё интриганом. Завещание он переписывал по несколько раз на год, тасуя наследников, словно карты в колоде, назначая фаворитами одних, отправляя в опалу других. Наверное, именно поэтому почти каждый из клана Славинских старался урвать как можно больше здесь и сейчас, откусить от семейного пирога самый большой кусок. Из-за вот этой мучительной неопределённости и недосказанности. Демонстрация собственной важности и собственных возможностей была особенностью всех младших Славинских. Алексу же не с кем было соревноваться. В том, что дед не изменит завещание в самый последний момент, как сделал это Лука, он был уверен. Но не это было главным, главным было то, что дед научил его зарабатывать деньги самостоятельно, а не надеяться на семейный капитал. А ещё довольствоваться малым. По крайней мере, малым по меркам Тихона.
– Ну? – В голосе Тихона прорезались нотки раздражения и нетерпения.
– Предложение весьма заманчивое, но нет. – Алекс вглядывался в подползающие к дому сумерки, выискивал Лаки.
– Нет? – Тихон непонимающе нахмурился. – Нет, потому что мало? – спросил он, уже не скрывая раздражения.
– Нет, потому что нет. – Алекс тихонько присвистнул, подзывая пса. Реагируют ли полуночные псы на такую банальность, как свист?
– А, понимаю! – Тихон ухмыльнулся. – Решил нагреть руки на истории с фондом? Думаешь, получится добраться до активов фонда через этого… наследничка? Умно! Дед надоумил?
И даже сейчас, подозревая Алекса в вероломстве, Тихон не допускал мысли о том, что тот может действовать самостоятельно, без оглядки на деда. Ведь все Славинские привыкли оглядываться…
– Тебе пора, – сказал Алекс и многозначительно посмотрел на припаркованную перед домом «Ауди».
– Акулина меня опередила? – Тихон не спешил уходить. – Я знаю, она приезжала. Что она хотела? Что она тебе пообещала?
Алекс устало вздохнул. Эти игры его изрядно утомили. К тому же Лаки так и не появился.
Не дождавшись ответа, Тихон кивнул, посмотрел на часы, процедил:
– Ладно. Я поеду, а ты хорошенько подумай, на чью сторону становиться: мою или этой высокомерной выскочки.
Похоже, Тихон видел реальную проблему только в Акулине. Геру, собственного брата, Таис, Элену и Мириам он в расчет даже не брал. Алексу такая самоуверенность казалась весьма опрометчивой, но ввязываться во внутриклановые разборки он не собирался.
– Завтра жду тебя в Логове к семи вечера. – Теперь уже Тихон всматривался в наползающие сумерки. Опасался притаившегося в темноте Лаки? – И не вздумай брать своего пса с собой!
Сказано это было таким тоном, что Алекс тут же решил, что возьмёт. Проведёт быстрый инструктаж по поводу поведения в светском обществе и возьмёт. Отвечать он, разумеется, ничего не стал. Расспрашивать, что за причина заставляет Тихона созывать семейный сход, тоже. Придет время, сам все узнает.
Лаки явился сразу, как только скрылся из виду автомобиль Тихона.
– Ты где был? – спросил Алекс, наблюдая за тем, как пёс укладывается на лежанке рядом с игрушечным гусем.
Лаки бросил на него быстрый взгляд и слегка прикусил тощую гусиную шею, извлекая из неё пронзительный звук.
– Ясно. – Алекс кивнул. – Я в дом. Ты со мной?
Лаки мотнул головой с зажатым в пасти гусем. Гусь снова пискнул, и Алекс пожалел, что не проверил игрушку до того, как она попала в лапы к Лаки. Похоже, теперь пёс свою добычу не отдаст и с гусиными воплями придется смириться.
В дверь террасы постучали на закате. Постучали деликатно, хотя могли просто войти. Алекс дверь не запирал, оставил за Лаки право выбирать место для ночевки.
В дверь постучали, а Лаки не проронил ни звука.
В дверь постучали, хотя должны были позвонить в звонок на воротах усадьбы. Ещё один незваный гость? Незваный и нежданный?
Алекс, который только-только вышел из душа, замер, вглядываясь в подсвеченный закатным солнцем силуэт. Два силуэта.
– Эй, есть кто живой! – Один из силуэтов поскребся в стеклянную дверь, а второй встал на задние лапы, а передними уперся в стекло, распахивая дверь едва ли не настежь.
– Добрый вечер! – Алекс задумчиво посмотрел сначала на Ю, потом на Лаки. – Какими судьбами?
– Так мы, вроде, договаривались, что я вернусь, если решу. – Ю переступила порог. Вид у неё был растрепанный и не особо презентабельный, на коленках виднелись подозрительно вида пятна, а в косе запутались хвоинки. – Ну вот, я решила! Могу я войти? Или ты передумал?
– Входи. – Алекс отступил на шаг.
– Мерси. А гостевым душем и гостевой рубашкой дашь попользоваться? И мне бы энергетика. Или кофе, на худой конец. Устала, как собака. – Она покосилась на Лаки и усмехнулась. – Без обид, дружок.
