Ткнула в стоящую за спиной телегу и отвернулась, сразу выкинув чужого незнакомого мужика из головы. Оболтус взбеленился. Ему, сыну владетеля немаленького хутора, смеет приказывать грязная рабыня в медном ошейнике. Но едва зародившийся в горле рык мгновенно растворился и угас в другом, куда более грозном рычании за спиной и гордый сын хуторянина молча побежал к чужой телеге. Ариса перехватила по-удобнее нож и присела. Вскоре на освободившуюся телегу, на неизвестно откуда взявшуюся толстую мешковину легла первая ободранная шкура. Увидев, как шустро мелькает острейший нож в ее руках, довольная Лиза что-то негромко приказала и на помощь новой рабыне подошли двое подростков. Довольная Лиза понаблюдала за их работой и куда-то пошла буркнув в сторону оболтуса:
—Пошел вон отсюда, обмылок.
Сколько она освежевала туш, Ариса так и не сосчитала, бросила отвлекаться на ерунду уже после первого десятка. Сколько есть, все сделать надо. Вот помощники менялись больше трех раз. Ножом махала как заведенная, пару раз отвлеклась и быстро-быстро сжевала по большому ломтю хлеба, с… Не поверила, даже слопав громадный бутерброд с маслом и сыром, не поверила. Когда последнюю ободранную антилопу очередная пара помощников оттащила к компании засольщиков осторожно распрямила затекшую спину и медленно побрела к колодцу.
Гретта с интересом рассматривала новую рабыню.
—Молодец, нам такие шустрые нужны,—довольная увиденным, повернулась к Лизе и усмехнувшись проговорила,—забирай родственницу, она же стоя спит.
—Куда ее,—подошедшая Лиза осторожно обняла Арису.
—Пока в амбаре поживет грязнуля. Отоспится, покажу хозяину, тогда уж все и сделаем.
Лиза ласково повлекла работягу за собой. Внезапно остановилась и заботливо спросила:
—Лопать хочешь?
Ариса только отрицательно помотала головой, сейчас, когда страх ушел, сон неподъемным мешком навалился на плечи и она с трудом понимала куда ее ведут.
В огромном пустом амбаре из-за прикрытых ворот царили полумрак и прохлада, приятно пахло травами, даже усталость слегка отпустила. Рабыня несмело огляделась. Чистенько, даже запаха грязи и пота не слышно, но увы, нет ни сена ни соломы, только высоко под потолком видно множество травяных пучков, да в дальнем, самом темном углу куча овчин и каких-то тряпок. Спать на голом полу очень не хотелось, но девок и женщин с рабскими ошейниками на хуторе много и у более мягких и удобных постелей явно имеются непростые хозяйки, та же Лиза, например… Сзади раздался негромкий смешок и Арису легко подтолкнули в вожделенный угол.
—Устраивайся получше, малышка. Устраивайся, спи и ничего не бойся, все остальное потом…
Она еще копалась в овчинах сооружая постель, когда за спиной негромко заскрипели и закрылись амбарные ворота. Ариса устроила себе очень уютное гнездышко—овчины в два слоя накрыла большим куском плотного чистого полотна, улеглась, спряталась под мягкое овечье одеяло… Наконец-то вожделенно закрыла глаза.
Вот только сон запропал. То ли нервы фокус выкинули, то ли еще что…
Мысли скакали бешеными блохами. Странный хутор. Внезапно до Арисы дошло, что она так и не увидела никого из старших мужиков, хозяев хутора. Даже Григ за два дня так и не появился. И страшный чужак, ее господин, запропал. А хутор жил. Рабы, она видела только подростков не старше четырнадцати, работали так, словно за плечами стоял надсмотрщик с огромной плетью. Ошейники на детях Грига Арису совсем не удивили, Дедал с полгода назад в разговоре с заезжим купцом посмеялся, мол сосед с Овечьего готов весь молодняк на хуторе за особых овчарок отдать. Всех хуторян она не раз встречала на ярмарках и признала весь молодняк кроме той молодой красивой девки, что отшвырнула хлестнувшего ее Шейна. А вот из старших, кроме Лизы, мелькнула лишь Зита, да и то бегом, издали. И только новая красотка со странно-знакомым лицом рассекала без ошейника.
Ариса повернулась и наконец-то ее веки отяжелели и смежились. Уже уносясь на волнах сна, девушка поняла, что шустрая властная незнакомка очень похожа на совладелицу хутора, сестру Грига Гретту. Очень похожа, просто одно лицо, то самое лицо, что наверное было у тети Гретты лет двадцать назад…
22.06.3003 года от Явления Богини.Хутор Овечий.Вечер
Наконец-то пробило на пот. С обновленным улучшенным телом удалось справиться не сразу. Высокая температура, обжигающий пар и нереально высокий запах хлеба рефлекторно опознавались как высокая степень агрессии. В защитной реакции кожа сжимала поры и уплотнялась—водно-солевой и термический режимы жестче некуда, возможен перегрев, но внутренний контакт с аномально агрессивной средой сведен к минимуму. Унял защитные реакции и расслабил взвинченный организм далеко не сразу. Зато и приход нового тела от парилки оказался много сильнее хотя и мягче.
