Толчок или грубый насмешливый голос поспособствовал прозрению, Лена не поняла, но мгновенно переоценила две вещи. Во-первых, светлый ковер с длинным мягким ворсом лежащий на полу в спальне из категории “пылесборник проклятый” перескочил в раздел “какая красивая, удобная и очень нужная штука”, а во-вторых холопка-доброволочка словно протрезвела и посмотрела на пресловутый договор спокойными оценивающими, а вернее циничными глазами. И совсем не важно, что лежали те бумажки сейчас в абонентском ящике на почте. Оказывается физическое воздействие в строго дозированной форме великолепно освежает память. Легко вскочив, она потирая попу легкой козочкой выскочила в коридор и нырнула во вторую комнату.
Оля естественно давно спала.
—Олюш, Олюш, проснись.
В ответ недовольное ворчание и подруга попыталась отползти к стенке. Ленка нырнула под одеяло и поцеловала подругу в шею. Розовым девушки даже не отсвечивали, но и не каждый поцелуй призыв к сексу. Излишней нежностью подруги, девушки вполне современные, не страдали и Оля поняла, что ее зовут на помощь.
—Чего натворила?
—Он меня с кровати спихнул!
—Так, с этого момента поподробнее.
Долго рассказывать было собственно не о чем.
—Дура.
—Что! Пользует словно шлюху! Гоняет по каждой мелочи. Слова нормально не скажет. Друзья от нас шарахаются. Всю жизнь только и мечтала его грязные носки стирать. Деспот хренов. Научился руками махать. Мне Ирка вчера чуть в туалете глаза не выцарапала!
—Цыц! Не ори, а то обе две окажемся не дома. Что там с Иркой?
—Чо-чо… Башкой кабинку протаранила, успокоилась. Видите ли ее Димочке наш е…хахаль яйца отбил и чуть нос не сломал.
—Ладно, завтра попью чайку с этой идиоткой.
—Тебе то зачем лезть? Пусть наш мачо недоделанный сам с ними разбирается. Небось Ирку за задницу хватал.
—Это меня Димочка попытался за задницу ухватить. Алекс и не знает ничего.
—Ты?! А если он друж…
—Вот если Ирка его завтра не угомонит, тогда Алекс точно узнает. Как бы этой дуре в качестве извинения и компенсации не пришлось Алекса в коленно-локтевой позе ублажать со всем усердием…
—Оленька, ты что, говоришь будто шлюха портовая…—ошеломленная Леночка уставилась на подругу, словно вместо ухоженной, утонченной, слегка хамоватой Ольги, увидела репейно-блошивую дворнягу без родословной, но с большими острыми зубами в неожиданно широкой пасти.
—А кто мы с тобой есть? Шлюхи и есть. Хозяина имеем? Имеем. Стелемся и перед ним и под него. Зато и плюсики немалые. Содержит хорошо, кормит и заботится, все обещанное делает. Пользует только сам, под клиентов не подкладывает. Лохов местных озабоченных отвадил…
Такого предательства Лена не ожидала, она сначала засопела, а потом и захлюпала.
—Что, лапонька, вместо рыцаря на белом коне или, накрайняк, “лоха влюбленного” на велосипеде, приходится ноги раздвигать перед грубым циничным мужланом?—говорила Оля насмешливо, но с каким-то горьковатым привкусом. Она всмотрелась в блестящие от слез глаза подруги. И внезапно цепко ухватив ее за волосы, притянула ухом к своему рту и злобно зашипела:
—Значит так, подруга, эту игру мы начали вместе. Вместе будем и дальше… играть. Лохов море, но нам не подходят, втроем на велике не усидеть, даже если раму усилить сама знаешь чем. Рыцари вымерли, если и существовали когда-то. Но нам круто повезло, в наличии “кобель циничный, но честный”. Тип чрезвычайно гадкий но редкий, можно сказать исчезающий. Этот вывезет. Иметь будет по всякому и во всех смыслах, слова против не потерпит, но повторюсь, Этот вывезет. Решай шлюха. Или мы быстро собираем манатки и шустро уе…ходим. Или я иду к кобелю, а отымев меня, он вспомнит о тебе. И позовет. И ты сделаешь все, что велит наш господин, даже если он прикажет отсосать у пьяного бомжа перед входом на Казанский вокзал в час пик. Думай крепко, потому, что если я пойду, а ты опять жопой вильнешь не вовремя, мы вылетим и отсюда, и из института, и из города, если, конечно, не найдем бордель подходящий. Но перед этим у бомжа придется сосать уже мне, причем очень усердно, но совершенно бесперспективно. Сострадание и трепет перед величием и ценностью человеческой личности, благоговейное отношение к женщине, как вершине мироздания у “кобелей циничных” отсутствует по определению. Правда наш слегка нестандартный, он еще и честный…
Хорошо пригнанная дверь открылась бесшумно, но исправно толкнула воздух. Оля опустилась на четвереньки, прогнулась и поползла к кровати.
—Ты явно пересмотрела лишнего немецкого садомазо. Пошла вон,—голос прозвучал абсолютно безразлично. Мгновенно выскочив за дверь, она глубоко вздохнула и осторожно поскреблась. Спящего такой звук не разбудит.
—Входи.
Снова толчок воздуха и гибко изогнувшись, девушка скользнула в комнату и опустилась на колени у самой двери, склонив голову.
—Подойди.
И снова гибкое, красивое, это важно, движение и преодолев расстояние до кровати в три шага Оля опустилась на колени возле ног хозяина.
—Хм! Неплохая гаремная практика,—теперь голос звучал удивленно-одобрительно,—а зачем придуривалась? Хозяина проверить решила?
