Вода тяжело плескалась в животе, но зато чувство голода заметно ослабло. Теплое солнце, журчание воды успокаивало. Я перевернулся на спину и раскинул руки, все-таки стирка здорово утомила. Охватившая апатия наложилась на слабость после ранения и я незаметно скользнул в грезы-воспоминания.
Ретроспектива.Земля.
Три года назад
Каникулы удались, вот только зловредным червяком свербело беспокойство о девчонках. Тем большую радость и облегчение он испытал в последний день лета в вестибюле института, когда его накрыл шквал приветственных криков, поцелуев и объятий. Девки, живые и здоровые скакали вокруг него как оглашенные. С трудом пригасив этот тайфун, Алекс утащил девчонок в небольшое недорогое кафе практически напротив проходной института.
И вот сидя за чашкой кофе и бокалом вина напротив довольных девчонок Алекс обстоятельно познакомился с их взглядами на рабство, судьбу и предназначение современных Изаур.
—Алекс, ты старомоден до невозможности! все получилось так классно! Никаких любовных соплей, все просто отлично! Большое сексуальное путешествие.
—По телеку такое кажут, что волосы дыбом встают, того и гляди шапку скинут
—Да, зомбоящик это нечто,—Ольга пригубила вино и тут же сделала глоток кофе,—во-первых нам с этой баржой было совершенно по пути. Более того, позавчера, после прощального трахтибидоха в прибрежном лесочке, нас на машине забросили прямо в общагу.
—А…
—Да трахали нас все плавание. И так и эдак и всяко разно так, что имеем теперь высшее сексуальное самообразование,—Лена также распробовала вино, но все же отставила бокал и принялась за мороженное.
—Но! Мы были весьма и весьма не против. Не часто удается так качественно оттопыриться.
—А меня вам значит не хватило,—Алекс изобразил смертельную обиду.
—Не сердись, кобель ты просто неимоверный и вне всяческой конкуренции, но группенсекс даже тебе не по силам в одиночку,—Лена примирительно погладила по руке.
—Шалавы, блин…—Алекс выглядел растерянным и смущенным.
—Фи-и, как грубо. Алекс, ну когда еще удастся попробовать, как не сейчас? Тем более, что мальчики были вполне в адеквате, да и старик-капитан железно держал их в руках.
—Вы и до старикана добрались, поганки,—Алекс рассмеялся уже вполне доброжелательна.
—Естественно, хотя и строго в индивидуальном порядке, с полным уважением и политесом,—Лена довольно облизнулась,—короче, нас не заставляли, но мы были совсем не против. Хотя, конечно, тема: “Я девочка домашняя, ротиком только целоваться умею, а на попку мою и вовсе не заглядывайтесь” совсем не катила, однако за весь рейс грубые слова мы слышали лишь в порыве страсти. Звучит конечно выспренно, но тем не менее…
Ольга прикончила кофе и перейдя к мороженному подхватила:
—Смешные ребята, дети совсем. Спрятали наши шмотки, так три недели голяком по барже и пропрыгали. Зато такого классного загара ни в жисть не было. Мы с утра до обеда на палубе загораем, а эти малолетки очередь в шахматы-шашки разыгрывают. После обеда счастливчики начинают брачные игры. Пацаны, сплошь и рядом приходилось инициативу проявлять, короче, да здравствуют женские капризы.
—Алекс,—Лена ласково коснулась руки,—мы не шлюхи и не совратительницы малолеток, ну развлеклись малость. Зато все довольны и никаких демонических страстей в духе Отелло с Гамлетом. Капитан, когда про “выкуп” узнал, денег предложил, а когда отказались, смутился, но относиться стал по-доброму. Когда в порт пришли, пацанам велел нас прямо в общагу отвезти, на прощание бутылку отличного старого коньяка подарил. Мы его выпьем вместе, не отвертишься.
Посидели недолго. Завтра первый учебный день, и хоть установочные лекции полнейшая чушь и проформа, но беготня по библиотекам и прочая организационная мутотень жрет и время и нервы так, что свежая голова не помешает.
В конце сентября в пятницу, когда учеба уже вошла в накатанную колею и студенты зажили привычным порядком, Алекс забежал на кафедру информатики. Дел там особых не было, однако диссертация у препода была уже фактически на выходе, вот и искрил мужик по малейшему поводу.
—Достал, мудила,—препод раздраженно защелкал зажигалкой, но выкидыш китайского гения отказался даже искрить.
—Ты что бесишься?—ЗИППО солидно щелкнула и первая жадная затяжка сбила нервный настрой.
—Да понимаешь, появилась возможность протолкнуться вперед почти на пол года, а этот мудень тянет с отзывом.
Теперь разговор пошел спокойнее. О ком идет речь Алекс представлял. Вредный, въедливый старикан, чуть ли не один из тех, кто создавал этот храм науки. Несмотря на возраст и все сложности характера мозги у патриарха были в полнейшем порядке и на память он не жаловался, а халтурить в работе просто не умел.
—Зря ты так…
—А-а, сам понимаю. Просил его войти в положение, а в ответ… Своим бы денег дал, а этому и предложить страшно.
—Не вздумай! Да и вообще, куда спешишь, люди и так от зависти зеленеют. Тебе это надо?
—Ждать и догонять нет хуже, да еще жена пилит.
—Ты чего от бабы хочешь? Сам виноват, звенеть не надо был.
