Лисья тропа [СИ] полностью

— Простите, госпожа. Ваш замок потрясающе красив, — как можно непринужденнее произнес он, приправляя слова обаятельной улыбкой. — Я, любуясь его произведениями искусства, безнадежно заблудился. Если бы не ваша рыжеволосая служанка, я бы никогда не нашел пути назад.

— Осторожней… — Ее пристальный взгляд обратился в лед, вымораживая до костей. — Не зная дороги, можно зайти так далеко, что и голову потерять не мудрено. И любуясь на чужую собственность, не лишним будет, узнать мнение хозяина на сей счет.

— Благодарю за дельный совет, миледи. — Все так же обворожительно улыбаясь, он поклонился и отошел на пару шагов. — С вашего позволения.

После этих слов он растворился в тени лестницы. Шейн понимал, что княжна что-то заподозрила, и впредь он должен быть предельно осторожным. Любовь сделала его бесстрашным. И он непростительно забыл, что не в своем мире, и правила здесь иные…

Нессиме проводила человека раздраженным взглядом. Черт бы побрал Анкалиона и его пустой разговор. Благодаря ему она задержалась и появилась слишком поздно. Но и это не помешало насладиться растерянностью двух голубков. Бесстыжая рабыня! Как похотливо блестели ее глазки! Их влажность Таллиата не успела скрыть, как эмоции. А этот человек… что ж, вовсе не дурен собой, хоть и смертен. У рабыни отменный вкус, этого у нее не отнять. Будь княжна на ее месте, тоже не смогла бы устоять перед таким превосходным образчиком мужского рода.

Но княжна на своем месте и сейчас она, наконец, нашла выход, как избавиться от колдуньи-лисы. Рабыня не имеет права на счастье, и, развлекаясь за спиною хозяина, заслуживает лишь смерть. Только действовать придется быстрее. Как бы эти двое не заподозрили, что Нессиме все известно. В таком случае, они попытаются оборвать свои встречи, и усилия княжны пойдут прахом. Нет, теперь Таллиата не вывернется из силков. И сегодняшний праздник все же имел успех, от возложенной на него задачи. Этот вечер стоил всех ее потраченных нервов и ожиданий.

С того странного вечера в день рожденье князя минуло почти три недели. Тайли уже успела забыть о своих опасениях на счет осведомленности княжны. Нессиме продолжала вести себя, как и раньше, а именно в упор не замечать кицуне, и последнюю это вполне устраивало.

Погода с каждым днем становилась все хуже. Ветер усилился, то и дело шли дожди, чередуясь с грозами. Но в этот день ярко светило солнце, пробив себе просвет в сплошных черных тучах. Воздух был прохладен и свеж. Пахло мокрой землей и прелой листвой, что сплошным ковром стелилась всюду.

Не спеша, патрулируя границу, всадники редко переговаривались, стараясь впитать в себя побольше тепла перед долгой зимой. Лошади отыскивали островки пожухлой травы, прядя ушами и взмахивая густыми хвостами.

Чем ближе становился Терновый лес, тем больше нервничала Тайли. Девушку захлестнули противоречивые эмоции. Ее сердце рвалось вперед, к мужчине, что был для нее всем миром, но разум требовал остановиться и повернуть назад. Что случилось? Почему ее нутро словно вопит об опасности? Зрение и слух говорили, что все в порядке, но это странное беспокойство, от которого скручивало внутренности и волосы на затылке поднимались дыбом…

Интуиция никогда не подводила ее раньше, и сейчас Тайли верила ей. Но впереди ее ждал Шейн, и она не хотела поворачивать назад. Ей нужно его увидеть и заверить себя, что все хорошо. Да, она увидит любимого и ее тревоги улягутся сами собой. Для беспокойства нет никаких причин. Абсолютно…

— Мой дорогой князь, вы опять не ночевали в нашей постели. — Обиженный голос княжны послышался от открытых дверей кабинета, и князь хмуро оторвал взгляд от книги.

— Я не хотел тревожить ваш сон. Неввил часто будит вас по ночам и не дает как следует выспаться. — Невозмутимо ответил Анкалион, поудобнее устраиваясь в кресле.

Огонь в камине почти догорел, и стоило подбросить дров. Князь любил проводить время за чтением, и кабинет подходил для подобного занятия как нельзя лучше. Комната была сугубо мужской, что проглядывалось в интерьере и атмосфере. В воздухе витал запах дорогого коньяка и качественного табака. Стены закрывали бесчисленные полки с книгами. Цвета в мебели преобладали темные и сдержанные, ничего светлого и женского. Князь мог часами сидеть здесь и не любил, когда его покой нарушался, тем более столь нелепыми придирками.

Княжну, вероятно, это мало волновало, и уходить та явно не собиралась. Князь со вздохом отложил книгу и вперил недовольный взгляд в свою жену, ожидая продолжения скандала.

— Чего вы хотите от меня? Ухаживание за сыном ваша обязанность. И я не намерен бодрствовать всю ночь, слушая его плач.

— Но это и ваш сын тоже! — Возмутилась Нессиме.

— И я даровал ему титул и княжество в целом! Когда он достаточно подрастет, я лично займусь его воспитанием. Но до той поры все заботы о нем принадлежат вам, моя дорогая.