В сущности, разнообразие творений и стилей в творчестве русских зодчих органически вплеталось в эклектичный Белград. Только один пример и одно имя – Василий Михайлович Андросов. Именно он разрабатывал фасад Главного почтамта, одного из монументальных зданий в центре столицы. Конкурс на постройку этого здания, имевший общеюгославский характер, был объявлен 15 июня 1930 г. Министерством строительства и Министерством почт и телеграфа. Из пятнадцати представленных проектов первое место занял выполненный в модернистском стиле совместный проект загребских архитекторов Йосипа Пичмана и Андрея Бараньи. Однако реализация этого проекта была отложена, а затем отменена. Причины случившегося следует искать как в наступившем мировом экономическом кризисе, вследствие которого в Королевстве были приостановлены все строительные работы, так и в недовольстве властей, включая и короля Александра I, стилем загребского проекта. Исследователи постройки этого здания Саша Михайлов и Биляна Мишич пишут, что, согласно некоторым записям, король повлиял на проведение нового, теперь внутреннего конкурса внутри Министерства строительства. На нём и был одобрен проект Андросова, по которому предполагалась постройка роскошного здания в академическом стиле с фасадами, обложенными гранитом, искусственным камнем и непременными колоннами. Таким образом, проект Пичмана-Бараньи с его простотой решения фасада в комбинации стекла и бетона был забракован. Властям требовалось здание в имперском стиле, подчеркивающем мощь молодого югославского Королевства. Целесообразность монументализма нового здания была обусловлена и стремлением сохранить стилевое единство вокруг Скупщины. В итоге с 1938 г. (закладной камень положен 17 августа 1935 г.) центр столицы украшает творение русского архитектора. Правда, несколько смущает помещённая Андросовым на верху здания постройка, напоминающая то ли мавзолей, то ли античный храм, опять-таки с колоннами. Когда смотришь на фасад, то его верхнее «украшение» выглядит неорганично. Однако вид здания с бульвара Князя Александра производит цельное впечатление.
Добавлю, что Андросов в присущей ему манере (сербско-византийский стиль) построил свыше 50 церквей, а спроектировал ещё столько же. Перечислю здесь только несколько городов, где он строил: Белград, Лесковац, Ужичка-Пожега, Джаковица, Крива-Паланка. Родившийся в России, он нашёл вечное упокоение в славянской Сербии.
С русским именем связана и постройка монументального здания Патриархии, спроектированного в неовизантийском стиле (1933–1935 гг.). Его создавал Виктор Викторович Лукомский, ранее принимавший участие в проектировании и строительстве комплекса королевских вилл на Дедине, выстроенных в сербском стиле с элементами русской дворцовой архитектуры. Со второй половины 1930-х гг. Лукомский принимал участие и в строительстве знаменитого собора св. Саввы, прерванном войной.
Если Краснов был самым известным архитектором в 1920-е гг., то в 1930-е гг. и позже, перед войной и после неё, таковым стал Григорий Иванович Самойлов, архитектор, художник, профессор Белградского университета.
В 1931 г. Самойлов одержал победу в конкурсе на лучший проект здания (2 400 кв. м) Пенсионного фонда чиновников и служителей Национального банка (угол Теразии и улицы Короля Александра). В журнале «Русский зодчий за рубежом» писали, что верхние этажи предназначены для канцелярий, нижний этаж будет отдан под магазины, кафе и ресторан с театральной залой на 600 мест, найдётся место и кинотеатру на 1200 мест[262]. Действительно, в отстроенном в 1939–1941 гг. здании фонда позднее разместился кинотеатр «Одеон». По мнению сербского исследователя М. Миловановича, это здание – «едва ли не наиболее значительный образец белградского монументализма конца тридцатых годов»[263]. И красоты, добавлю я.
Его талант в послевоенное время проявился в работе над проектами таких зданий, как Академия наук (1949–1951 гг.), Югославский банк внешней торговли (1950–1963 гг.). Ему принадлежит авторство интерьеров ряда гостиниц по всей Сербии, в том числе реконструкция отелей «Москва» и «Эксцельсиор» в Белграде, летний театр в Нише.
