Заходят Долбик и Пискарев. С прокурором города у меня отношения не складывались, в 1930-е годы он был прокурором Слуцкого района. По его вине были репрессированы десятки невиновных людей. И хотя об этом было хорошо известно, ему каким-то образом удавалось уходить от ответственности. Я терпеть не мог этого человека. Он чувствовал мое отношение к себе и старался делать всякие пакости. Не успеет исполком принять какое-нибудь постановление, прокуратура опротестовывает его.
- Василий Иванович, надо как-то выручать ребят!
- Поймите меня правильно, я не могу поступить иначе. Даже если бы и хотел, замять скандал уже невозможно. Задом только раки ходят. Об этом я сказал и заместителю Председателя Верховного Совета, и Председателю Верховного суда. Так что, извините, продолжать разговор на эту тему считаю бессмысленным.
Долбик и Пискарев ушли ни с чем. Что касается Пискарева, это был честный, глубоко порядочный человек, профессионал в своем деле, никогда не допускавший отступлений от закона. Того же требовал и от своих подчиненных. Не сомневаюсь, что пойти ко мне его заставили.
Партконференция состоялась. Присутствовало более четырехсот человек, в том числе секретари ЦК КПБ, включая Машерова. Но он не выступал. Разумеется, больше всего всех интересовало, что я скажу с скандале со взятками.
Несмотря на мощный прессинг, который длился не один месяц, я своей позиции не изменил ни на йоту. Сказал о том, что думал. Что поведение замешанных в деле о взятках лиц, несмотря на их прошлые заслуги, считаю несовместимым со званием коммуниста.
Прения проходили бурно. Практически все выступающие позицию горкома поддержали. Ждали выступления секретаря ЦК КПБ Алексея Смирнова, который должен был обозначить позицию Бюро ЦК КПБ, а не исключено и ЦК КПСС, поскольку он был протеже Брежнева, работал при нем в Днепропетровске первым секретарем обкома комсомола. К большому удивлению, больной темы Смирнов не коснулся вовсе. А давая оценку деятельности горкома за отчетный период, покритиковал за недостаточное внимание к развитию физкультуры и спорта. Откровенно говоря, это меня задело. Именно в этот период в Минске были построены Дворец водного спорта и еще несколько бассейнов, доступных не только для профессиональных спортсменов, но и для всех желающих. Активно развивались спортивные базы предприятий.
Слушая прения, я незаметно следил за реакцией Машерова. Понятно, что текст своего выступления Смирнов с ним согласовал. Но его лицо непроницаемым.
Не могу утверждать со всей уверенностью, но думаю, что Петр Миронович на тот момент попросту не знал, что со мной делать. Навернякв, ему советовали от меня избавиться, перевести на какую-нибудь менее значимую должность, как обычно поступали со строптивыми. Но, надо отдать ему должное, если, оценивая руководителя, приходилось выбирать между послушанием и профессионализмом, Машеров всегда отдавал предпочтение второму. Мне кажется, что он решил посмотреть, какие будут результаты выборов в городской комитет партии.
Доклад мандатной комиссии о результатах голосования был встречен бурными аплодисментами. За меня было подано 97 процентов голосов, лишь 3 процента воздержались или были против. Это и решило мою судьбу. На пленуме вновь избранного горкома на пост первого секретаря была предложена лишь одна кандидатура - Шарапова. Самовыдвиженцев не нашлось. Проголосовали единогласно…
«Вы о нас, сыновья, забывать не должны»
В середине 1960 годов во взрослую жизнь вступило поколение детей вернувшихся с войны фронтовиков, и тема патриотизма зазвучала с новой силой. В 1964 году с триумфом прошел по киноэкранам страны двухсерийный художественный фильм «Живые и мертвые», снятый по повести Константина Симонова и ставший для большинства зрителей настоящим откровением; еще никто и никогда не говорил о наших потеря в начальный период войны так правдиво. Опубликованные в эти годы первые повести Василя Быкова «Третья ракета», «Альпийская баллада», «Мертвым не больно» показали духовную изнанку войны. Завершил свой беспрецедентный поиск героев Брестской крепости Сергей Смирнов, за книгу «Брестская крепость» (1959, 1964 - второе, дополненное и расширенное издание) писатель был удостоен Ленинской премии. Вышли в свет документальные повести Ивана Новикова, которые, как я уже упоминал, позволили восстановить доброе имя минских подпольщиков. Обладавший острым идеологическим чутьем Петр Машеров инициировал целый ряд акций, которые должны были увековечить подвиг белорусского народа, отдавшего на алтарь Победы свыше двух миллионов своих лучших сыновей и дочерей - каждого четвертого жителя. Сейчас в ходу иная цифра - каждый третий. Я оперирую сведениями, которые были известны в то время, сути дела это не меняет.
