Сама обстановка того времени, когда по дороге движутся отселенцы, перегоняется скот, вывозятся вещи, а навстречу этому потоку идут машины с грузом, психологически воспринималась очень тяжело. Неразберихи было много, решения принимались часто на ходу, тем не менее шла обычная работа в заданном режиме. Ежедневно от Гомельского и Могилевского облисполкомов поступали новые требования, порой противоречивые, построенные по принципу «иди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что». Отдельные руководители районов пытались воспользоваться сложившейся ситуацией, чтобы решить не связанные с аварией внутренние проблемы.
Несмотря на то, что значительную часть сил и средств пришлось отвлечь на ликвидацию последствий чернобыльской катастрофы, общий объем работ по министерству в 1986 году мы выполнили на 102,7 процента. Было построено и введено в эксплуатацию 698 километров дорог с твердым покрытием, благоустроено 411 километров улиц в населенных пунктах.
Омрачало настроение лишь то, что не справились с выполнением плановых заданий дорожно-строительный трест № 3, Брестский облдорстрой, 6 дорожно-строительных управлений и 591 ремонтно-строительных и эксплуатационных управлений. Такого не случалось за всю пятилетку. Отчасти, что было особенно обидно, на срыв этими трудовыми коллективами заданий повлияли разрушительные процессы, которые все явственнее проступали в ходе объявленной Михаилом Горбачевым перестройки.
Демократизация вместо того, чтобы оздоровить наше общество, раскрепостить творческие силы, вылилась в демагогию. По аналогии с революционными событиями 1917 года, когда безграмотные солдаты и матросы решали судьбу командиров, стало модным проводить выборы руководителей.
В начале 1987 года в длительную заграничную командировку отбыл управляющий трестом № 7 В. А. Полевой. На собрании аппарата треста, где предстояло подобрать ему замену, развернулась бесплодная дискуссия. Я предложил на место управляющего главного инженера М. Н. Пилипука. Выступившие в прениях высказались против. Причем меньше всего говорили о его деловых качествах, каждый вспоминал нанесенные ему обиды. Обсуждение все больше напоминало кухонные разборки. Я попытался повернуть его в серьезное русло, объяснив, что не сомневаюсь в организаторских способностях главного инженера и попросту не имею более подходящей кандидатуры. Из зала кто-то выкрикнул:
- В таком случае, Василий Иванович, сами по совместительству и управляйте трестом!
Сидевший рядом со мной начальник производственного управления Михаил Евгеньевич Першай шепнул мне:
- Василий Иванович, я согласен пойти управляющим трестом.
Першай нужен был мне как член коллегии в министерстве. Он до тонкостей знал положение на местах и давал всегда ценные советы. Но пришлось уступить. Я лишь уточнил:
- Вы не сгоряча предлагаете себя? Не в угоду толпе?
- Не беспокойтесь! Я все хорошо продумал.
Кандидатуру Першая поддержали…
Весна 1987 года принесла с собой дополнительные хлопоты. Выявились новые очаги загрязнения значительных территорий. Причем не только в Гомельской и Могилевской, но и в Брестской (Лунинецкий и Столинский районы) и Минской (Воложинский район) областях. Единого задания на ликвидацию последствий аварии по-прежнему не было. Не были урегулированы и вопросы материального снабжения. Все решали райисполкомы и облисполкомы в пределах выделенных фондов на текущий год. Из-за этого действия местных властей нередко шли вразрез с решениями республиканского руководства.
Где-то в середине августа мне позвонил начальник Могилевского облдорстроя Сазонов и сказал, что облисполком отменил решение Костюковичского райисполкома о выселении одной большой деревни из зоны с превышающим уровнем радиации. Поэтому здесь необходимо было выполнить соответствующие работы по дезактивации, благоустройству дворов, улиц и грунтовых дорог, ведущих в деревню. Поскольку отселение уже было начато, работы надо было производить незамедлительно. Сазонов просил помощи.
Прекрасно понимая, что значит начать выселение, а затем его приостановить, я попросил Денисенко срочно выехать в Могилев, вместе с Сазоновым побывать на месте и определиться, что нужно сделать и какими силами. Во второй половине дня Денисенко позвонил мне и сказал, что половина жителей деревни собрала вещи и не знает, то ли выселяться, то ли оставаться на месте. Между тем, объемы работ нам предстоят значительные, поэтому необходимо будет привлечь строительный трест из другой области.
Я позвонил в Витебск управляющему ДСТ-1, изложил суть вопроса и поручил создать механизированный отряд в Костюковичском районе в помощь облдорстрою. Апенько пытался отказаться от этого поручения, пришлось немного повысить голос, и на следующий день техника - бульдозеры, экскаваторы, грейдеры, катки и асфальтоукладчик - была уже в Костюковичах.
Зная, что трест имеет договор с Витебским облавтоуправлением позвонил министру автотранспорта А. Е. Андрееву и попросил помочь. Через час он мне перезвонил и сказал, что подписал приказ Bитебскому автоуправлению о срочном выполнении заказа ДСТ-1 в Костюковичах.
