– Три.
– Отлично. А день недели нынче?..
Тут Шелку пришлось призадуматься: вспомнить, какой сегодня день, оказалось не так-то просто.
– Тартлица? – с сомнением ответил он. – Похороны Дриадели выпали на сциллицу, к озеру мы отправились утром мольпицы, а там я угодил вниз…
– Вот как?
– Да. В эти вот подземные коридоры. И блуждал в них довольно долго. Возможно, сегодня уже иераксица.
– Неплохо, неплохо, только мы вовсе не в подземных коридорах.
– А где? В Аламбрере?
Журавль отрицательно покачал головой.
– Я обо всем расскажу, но объяснений потребуется немало. Прежде всего должен предупредить: вполне вероятно, они заперли нас вместе в надежде почерпнуть из нашего трепа нечто полезное. По-моему, тебе вовсе не хочется оказывать им этакую услугу, а?
Шелк кивнул головой, но тут же понял, как опрометчив был сей поступок.
– Мне бы воды хоть немного…
– Вода здесь повсюду, со всех сторон, однако, пока нам не соизволят – если вообще соизволят – ее принести, придется потерпеть.
– Советник Потто ударил меня кулаком, – пожаловался Шелк, осторожно погладив внушительную шишку над ухом. – Что было после, не помню. «Они» – это кто? Наш Аюнтамьенто?
– Именно, – подтвердил Журавль, присев рядом на краешек койки. – Надеюсь, не возражаешь? Пока ты лежал без сознания, мне пришлось сидеть на полу, а пол тут жутко холоден, да и для седалища жесток. Зачем тебя понесло на озеро, если не секрет?
– Не помню.
Журавль одобряюще закивал.
– Да-да, наверное, этой линии лучше впредь и держаться.
– Какие там линии! Мне… мне снились крайне странные сны, – заговорил Шелк, отодвинув в сторонку ужасающие воспоминания о Потто с Песком. – В частности, о нагой женщине, которой тоже снились странные сны.
– Ай-яй-яй!
– Еще я разговаривал с… впрочем, это не важно. И одолел демоницу. Ты не поверишь, доктор…
– Точно. Не верю, – жизнерадостно подтвердил Журавль.
– Но одолел ведь! Начал взывать ко всем божествам по очереди. Испугал ее только Иеракс.
– Стало быть, демоница… а как она выглядела? Не так ли? – дико оскалившись, полюбопытствовал Журавль.
– Да, чем-то похоже.
Сделав паузу, Шелк приложил руку ко лбу.
– И это вовсе не сон, так как он не меркнет… а ты ее знаешь. Знаешь наверняка.
Журавль удивленно приподнял бровь:
– Знаю изгнанную тобой демоницу? Конечно, мой круг знакомств очень и очень широк, однако…
– Это Мукор. Дочь Крови. Она умеет вселяться в людей и вселилась в ту женщину, что была со мной.
Журавль, вмиг посерьезнев, негромко присвистнул.
– Оперировал ее ты?
– Нет, – покачав головой, ответил Журавль. – Выходит, Кровь тебе обо всем рассказал?
– Всего лишь обмолвился, что до тебя держал в доме нейрохирурга. А я, узнав, на что способна Мукор, догадался об остальном… и, думаю, не ошибся. В подробности меня посвятишь?
Журавль задумчиво потеребил бородку и наконец пожал плечами.
– Отчего нет? Хуже не станет. Ключевые подробности Аюнтамьенто уже известны, а время убить как-то нужно. А ты, в свою очередь, ответишь мне на пару вопросов, идет? Только честно и полностью… ну, если дело не касается того, о чем им сообщать не хотелось бы.
– Я не знаю ничего такого, что хотел бы утаить от Аюнтамьенто, – объявил Шелк, – и уже ответил советнику Потто на множество вопросов. И тебе расскажу обо всем, касающемся меня самого, и обо всем, что знаю о других, за исключением сообщенного мне… под печатью.
Журавль расплылся в улыбке:
– В таком случае начнем с самого основного. На кого ты работаешь?
– Тут следует уточнить, что отвечу я лишь после того, как получу ответы на собственные вопросы о Мукор. Таков был уговор, а мне очень хотелось бы помочь ей, если удастся.
Бровь доктора вновь изогнулась кверху.
– Ответишь? И на этот, первый вопрос тоже?
– Да, – подтвердил Шелк. – Разумеется, и на него. Причем первым делом. Мукор – вправду дочь Крови? Сама она утверждает, что да.
– Юридически. Приемная дочь. Неженатым удочерение, как правило, не дозволено, однако Кровь в большой дружбе с Аюнтамьенто. Ты знал об этом?
Забывшись, Шелк едва не покачал головой, но, к счастью, вовремя спохватился.
– Нет… да и сейчас в это, правду сказать, не верю! Он же преступник!
– Пойми, кучами карточек они с ним не расплачиваются, нет. Просто позволяют орудовать без помех, пока дела в его заведениях обходятся без серьезных скандалов, и делают ему кой-какие поблажки. Эта, похоже, одна из таковых. Словечка судье от одного из советников более чем достаточно, а над удочеренной он в полной власти вплоть до брачного возраста.
– Понятно… а кто ее настоящие родители?
Журавль снова пожал плечами:
– А настоящих нет. По крайней мере, в нашем круговороте. И друг с другом они, скорее всего, встречались только в чашке Петри. Она выращена из замороженного эмбриона. Представляю, сколько Крови пришлось за него выложить! И упомянутый тобою нейрохирург обошелся ему в целое состояние.
– Целое состояние, чтоб погубить то, за что выложены громадные деньги, – с горечью заметил Шелк, вспомнив голую, грязную комнату, место их с Мукор первой встречи.
