Переходы между уровнями сменялись один за другим, одних только лесенок и мостков пришлось пересечь порядка пары десятков, и это не считая других видов наклонностей, встречавшихся по пути, а добрался, по сути, едва ли до середины. Еще частые отдыхи, возвращение назад, попытки сжевать то или иное растение, что бы заглушить терзающий голод, короче, мучения те еще. Зато природа, воздух - красота, мать ее так!
В итоге, как ни прискорбно, но пришлось признать, что заночевать по пути наверх придется и второй раз.
И вот, по прошествию двух суток, почти к обеду, я таки выдерся на последний, судя по всему, лестничный проем и с трудом переставляя ватные ноги, делал оставшиеся шаги, ощущая, как меня все ниже и ниже гнет к земле. Непонятная сила теперь ощущалась уже вполне отчетливо, даже воздух изменился, став более терпким и менее удобоваримым, непроглатываемым. Он словно плыл метрах в десяти по сторонам, слегка искажая картинку и заставляя задуматься о том, что же здесь такое происходит. Ведь пару ступеней вниз - и все, ничего подобного и в помине нет, а тут такое.
Не знаю, почему я такой дурак, но даже после всего этого продолжал переть вперед, сцепив зубы и чуть ли не со стоном передвигая начавшие повиноваться конечности. В мозгу почему-то билась мысль, что ну его все на хрен и не зря же сюда перся, и плевать на возможные последствия, проклятия и прочую ересь. Меня просто все достало, окончательно: и недели агонии скукой на острове, и эти чертовы развалины, и вообще весь этот гребаный Мир. Короче, психанул я!
Перед глазами же раскинулся просторный зал с колоннами по периметру и массивной, резной полуразрушившейся крышей, венчавшей всю эту чертову гору камня. Потрескавшийся и увитый кое-где плющом пол, осколки камня и остовы не выдержавших оков времени колонн дополняли картину царившего вокруг запустения. Выл ветер, теребя крохотные листочки под ногами и на удивление сильно толкавший меня в грудь, назад, будето предупреждая и увещевая, мол, нечего тебе тут делать, поверни, не суйся, куда не следует.
Но глаза уже вцепились, застряли, прикипев к постаменту в самом центре - алтарь! Самый натуральный алтарь, причем белоснежный, как молоко, без единой трещинки и ни разу не поддавшийся усилиям стихий и времени, словно неподвластный никому и ничему. И вот возле него пространство прямо-таки искажалось, пульсируя и плывя, скрывая верхнюю часть и буквально заставляя гадать, что за хрень создает такую магию и, главное, для чего? Убьет ли меня эта сила, отправит не перерождение, или подарит очередную улыбку судьбы?
- К черту все! - и я пополз вперед, причем в прямом смысле, буквально, не в силах передвигаться даже на карачках. Через каждые метр-два приходилось замирать, закрыв глаза и позволив бешено бьющемуся серцу хоть немного уняться, а легким протолкнуть внутрь себя еще пару-тройку глотков словно каменного воздуха. Горло уже порядком саднило от таких мытарств, выдохи получались свистящие, надсадные, в боку нещадно кололо, постоянно напоминая, какой я дурак. Мне же оставалось надеяться лишь на то, что дуракам везет, и сейчас как раз именно тот случай. В общем, полз дальше, кряхтя и сопя, не сводя взгляда с такой близкой и одновременно такой далекой цели. О том, как буду карабкаться наверх, даже и не думал, главное, добраться.
И ведь дополз, сука, дополз, мать вашу! У самого основания алтаря голова внезапно закружилась и волна слабости, прокатившаяся по телу, чуть не выключила сознание. Скрипнули зубы, сжимаясь в невероятном усилии. Стиснулись кулаки, пытаясь хоть как-то собрать всю волу в кулак. Мозги натурально плыли, подобно воздуху вокруг, мысли путались, постоянно мельтеша и стирая из памяти то, ради чего здесь оказался. И лишь глаза, неотрывно сверлящие уходивший ввысь на добрые полтора метра камень, постоянно напоминали о смысле происходящего.
- Смысл? И какой смысл ты видишь? - внезапно прозвучало в мозгу.
Я мотнул головой, отганяя наваждение.
- Наваждение? - раздался тут же легкий смешок.
- Ссу..., - только и смог, что выдавить, как вокруг вновь раскатистым, приятным баритоном разлетелся чей-то смех.
- Успокойся, и не противься, расслабься, отдохни, ты ведь устал, - проник в сознание голос, он словно лился со всех сторон, одновременно появляясь и внутри моей черепной коробки, чертов долби сураунд, мать его так!
- Зачем бороться, оставь бесплодные попытки.
- Остановись, послушай, как хорошо вокруг.
- Насколько тихо и прекрасно это место.
- Зачем бороться, зачем так мучаться, скажи, расслабься, это ли не благо? - лилось, не прекращаясь отовсюду, кажется, я потихоньку начал сходить с ума. Застонав, подполз еще немного ближе, упершись лбом в холодный и гладкий камень. Во! Полегчало немного, не сильно, но все же. Зрение уже почти отказало, плывя картинками с разводами на подобии клякс в детской книжке-раскраске. Мозги спекались, или я сходил с ума, но вокруг уже был даже не зал на вершине горы, а какой-то калейдоскоп из причудливых абстракций. Мдааа, вот тебе и игра, поиграешь так, потом слюни утирать всю жизнь замучаешься.
