- Кто, кто, надо кто, а ты вот кто, чего надобно-то? - и сгусток полыхнул светом несколько обильнее, чем до этого, заставив мысленно застонать. Черт, даже сквозь полузакрытые веки пробило, сука!
- Во, вишь, не нравится, - протянул скрипучий голос, - а мне ты не нравишься, пшел вон, приперся тут, разлегся! - проскрипело тут же.
- Н.. не.. м.. мо.., - хватило меня не на много, но чертова дымка суть схватила, тут же озаботив ответом:
- А нечего лезть, терь лежишь тут, раздражаешь, чего внизу не лежалось-то?
Я не ответил, и в воздухе повисла тишина, напряженная такая, давящая, гнетущая.
- Ну и? - после непродолжительного молчания несколько более спокойно раздалось вокруг. Открыть глаза я пока не мог, не было сил, но слух пока не отказал, а это нечто, похоже, вполне свободно копалось в моих мыслях, так что и напрягаться, заставляя горло в агонии выдавать слова не было смысла. И чего я раньше об этом не подумал, впрочем, ответ у меня в сознании пронесся моментально: "Что "ну, и", хреново мне, не видишь?"
- Ну, хреново, а ты что хотел, что б я тебя лепестками роз осыпал да благовониями обдал? - проскрипело со всех сторон.
Ага, значит, мальчик, вернее, мужского рода собеседник, уже какие-то критерии вырисовываются, уже хорошо.
- Какой я тебе мальчик, это у вас тут бардак, это ты тут мальчик, или девочка, критерии-шмитерии, ишь ты, - пробурчало в ответ.
Я мысленно улыбнулся: "Что делать будем, друг?" Повисла пауза, такая, когда понимаешь, что разговор влетел в незапланированный поворот и ход событий имеет шанс внезапно несколько преобразиться. И тут отовсюду понеслись раскаты смеха несмазанной петли, вот-вот норовящей потерять от тряски свою дверь и так наладом дышащую и удерживающуюся на своем месте лишь ею одною. Почему-то в мозгу всплыла именно эта картинка, и смех тут же перерос в гогот, под который старое дверное полотно таки не выдержало и с грохотом рухнуло.
- Эх, эх, ох, ах, эй, ты - ты чего там себе удумал, какой ты мне друг? - мне показалось, или скрип стал еще чутку менее враждебным.
Черт, а тело таки затекает потихоньку, опять ныть мышци будут: "Ну а кто же еще, ты один, я один, нас тут всего двое, и я или друг, или разлагающийся в скором времени труп возле тебя", ну, ну, ну же! Некоторое время голос молчал, а потом вдруг выдал:
- Ну и что, полежишь, повоняешь, засохнешь, истлеешь, время, оно такое.
Пришлось мысленно хмыкнуть, соглашаясь, и выстреливая пробным в другую сторону, раз его такая перспектива не напрягает: "Ну да, лучше молчать рядом с усыхающим трупом, чем весело болтать, не зная скуки. Небось, и не покидал своего алтаря никогда, и Мира не видел, одни колонны вокруг да дырявая крыша - и все развлечение".
- Тебе-то что, - скрипнуло через мгновение, - будто ты много повидал.
Во, вот она, кажись, верная дорожка выбрана: "По крайней мере, у меня есть ноги, и носило меня знатно, я видел и слышал столько, сколько тебе тут за века не узнать".
В ответ молчание, обиделся, что ли?
- На мясо не обижаюсь, - послышалось ворчливое.
Правильно, не обижайся, лучше начни думать по новому, а не так, как все время до этого, авось, и мир повидаешь: "Слышал?"
- Слышал, больно ты разговорчив стал, - а я уже втихаря радуюсь про себя, неужто ключик верно подобран, неужто госпожа удачи опять во все тридцать два одарила меня? Знать бы наверняка, да не оплошать, одна неверная мысль и пиши пропало.
Внезапно, давление на мою бренную тушку слегка ослабло, в голове прояснилось, да и общее состояние, вроде как, несколько стабилизировалось. По крайней мере, глаза продрать и ворочать языком стало значительно легче. С чего бы это.
- Ну, и? - вновь проскрипел голос.
- Э, ах, да, так лучше, - в горле словно наждаком дернуло, резко так, ощутимо.
- Полегчало?
- Да, есть немного, - сиплю в ответ.
- Ну, и? - в третий раз за сегодня донеслось до меня.
- Ну и вот, - сглатываю, - непонятно мне, как ты тут от скуки не помер еще.
- Будто ты о скуке много знаешь, - ворчит скрипуче.
Ха! Это я-то, два месяца с ума сходивший на лишенном чего интересного куске скалы, и не знаю? Да у меня это уже профессиональное, как не крути, чуть до битья головой о твердь земную не дошел, скажет тоже.
- Врешь, - не атк уж и уверенно вспыхнуло светом по краям сгустка, почему-то показалось именно так.
- Даже если и вру, а я не вру, то вру красиво и интересно, - выдал горделиво, но получилось явно жалко, так как собеседник издал смешок.
- Ну, ладно, и чего ты ко мне приперся?
- Так интересно же, - пожать плечами не удалось, но суть порыва тот уяснил.
- Чего интересного-то, помирать интересно?
- Помирать никогда не интересно, хотя, в моем случае, и тут нюансы, - загадочно подмигиваю, эта ж хрень наверняка про игроков ни в зуб ногой.
- Это как? - не понял сгусток тьмы.
- Все тебе расскажи, - протянул я, тут же предлагая, - давай лучше обставим все интереснее.
Собеседник колыхнулся, будто пытаясь сдвинуться с места, но атк и остался висеть, где и был:
