Помимо указанных выше «недружественных» действий Ногая в отношении Тогтао-хана, исследователи указывают и на другие противоречия в их взаимоотношениях, которые привели к началу боевых действий между соперниками. В частности, монгольский ученый Ж. Бор указывает на то, что причиной очередного конфликта между Тогтао-ханом и Ногаем стала защита последним интересов генуэзских торговцев в ущерб венецианцам, которые обратились за защитой их прав в Крыму к Тогтао-хану. Поскольку Ногай оставил без внимания все требования Тогтао-хана: приструнить своих сыновей, выдать ему его военачальников, переметнувшихся на сторону Ногая, обеспечить равноправные права генуэзских и венецианских купцов, законный хан Золотоордынского улуса в 1298 году пошел войной на Ногая. И хотя первая попытка обуздать распоясавшегося военачальника оказалась неудачной, через два года Тогтао-хан все же разгромил армию непокорного беклербека. Вот как описал это сражение Рашид ад-Дин: «…Токтао-хан… переправился с шестьюдесятью туманами войска через реку Узи и расположился на берегу реки Тарку, где был юрт Ногая. А с той стороны [реки] прибыл, сидя в арбе, Ногай с тридцатью туманами [войска] и расположился на берегу [той же] реки. Снова под предлогом болезни он лег в арбе, послал к Токтаю гонцов и передал: «Раб твой не знал, что государь лично благополучно прибывает… Раб [твой] человек старый, немощный, всю [свою] жизнь провел на службе отцов ваших. Если и произошел какой-нибудь пустяк, то [это] было по вине сыновей. Вся надежда на милость государя, что он соизволит простить эту вину». Тайно же он послал Джуке (его сын) с большим войском, чтобы тот переправился через реку Тарку выше и ударил на Токтая и его войско. Караулы Токтая захватили лазутчика, и он рассказал положение дела. Когда Токтай узнал о его (Ногая) коварстве, он приказал войскам приготовиться и выступить. Войска с обеих сторон завязали бой. Ногая и его сыновей разбили, и множество народа в том сражении было убито. Ногай бежал с семнадцатью всадниками. Русский всадник из воинов Токтая нанес ему рану. Ногай сказал: «Я – Ногай, отведи меня к Токтаю, который является ханом». Урус (русский), взяв [коня] его за повод, вел к Токтаю. По дороге он отдал [богу] душу. Токтай же победоносно вернулся в Сарай Бату, который является их столицей».
Как явствует из источников, во время противостояния Тогтао-хана и Ногая оба соперника вели переговоры с ильханом Газаном, желая заручиться его поддержкой. Однако, как свидетельствует Рашид ад-Дин, «…Газан-хан… вызывал к себе послов обеих сторон и говорил им во время приема: «Я не вхожу в ваши междоусобные дела и не пользуюсь [вашими] неблагоприятными обстоятельствами. Если бы вы еще поладили друг с другом, то было бы хорошо и похвально». И для того, чтобы [устранить] их подозрения и сомнения, он сам своей благословенной особой не ходил на зимовку в Арран, а зимовал в Багдаде и в Диярбекре, дабы души их были спокойны. До сего времени он сохраняет в сердце дружбу и искренность как с Тогтаем, так и с сыновьями Ногая. Он неоднократно приказывал и [всегда] приказывает, чтобы никто из родичей не начинал с ними распри и не искал повода к вражде. «Мы никогда не начнем ссоры [говорил он] и не приступим [первыми] к тому, что влечет за собой смуту, дабы вина за разруху, которая постигнет улус, не обратилась на нас». Таким образом, из сообщения Рашид ад-Дина следует, что после устранения Ногая отношения Золотоордынского улуса и государства ильханов нормализовались: возобновилась торговля, обмен послами.
