Он встретился взглядом с волчицей лицом к лицу. У него не было другого выбора. На скулах у неё вздыбилась шерсть, отчего люди, сидевшие поблизости, испуганно шарахнулись в сторону. Деверо тихо зарычал и пристально посмотрел на неё. Волчица рыкнула и отвернулась.
Прежде чем он смог продолжить размышлять над этой загадкой, раздался резкий звук удара дерева о дерево. Сбитый с толку, Деверо переключил своё внимание на переднюю часть зала. За пьедесталом стояла элегантно одетая женщина с молотком в руке. Она прочистила горло и начала говорить на плавном итальянском. Мгновение спустя она перешла на английский с акцентом.
— Дамы и господа, — произнесла она нараспев. — Спасибо, что пришли. В связи с тем, что сегодняшние гости являются иностранцами, торги будут проводиться сначала на итальянском, а затем на английском языках, чтобы каждый мог принять в них участие. Поэтому я прошу вас быть снисходительнее, если для оформления некоторых заявок потребуется больше времени, чем ожидалось, — она слегка поклонилась. — Итак, без дальнейших церемоний, давайте начнём.
Как по команде, появился мускулистый мужчина, который явно проводил больше времени в тренажёрном зале и на протеиновых коктейлях, сдобренных стероидами, чем за обыденными занятиями. В его руках, в бархатном футляре, лежали сверкающие серьги с бриллиантами и рубинами.
Аукционистка улыбнулась и снова перешла на итальянский, прежде чем повторить свои слова на английском.
— Наш первый лот — это потрясающий комплект серёжек. Всё, что вы увидите сегодня вечером, было получено из поместья покойного Висконте Гатто, и эти прекрасные серьги не исключение. Платиновые оправы несравнимы как по качеству исполнения, так и по дизайну, а чистота и изысканная огранка каждого отдельного камня доказывают их неоспоримое великолепие.
Деверо моргнул. Неоспоримое великолепие? Серьги были красивыми и, без сомнения, стоили очень дорого, но витиеватое описание, данное аукционистом, было явно чрезмерным. Он украдкой оглядел зал. Подавляющее большинство потенциальных покупателей выглядели скорее терпеливыми и невозмутимыми, чем взволнованными. Эти серьги далеко не были звездой аукциона. Их едва ли можно назвать хотя бы забавным дополнением. Зрители, включая Кристофера Солентино и Алину, очевидно, ждали появления другого украшения. По причинам, которые пока оставались неясными, это, безусловно, то непривлекательное кольцо. Не зря оно указано в качестве последнего лота. Деверо ещё раз пролистал каталог и внимательно изучил фотографию и описание кольца, в то время как начались торги за серьги, не вызвавшие особого энтузиазма.
Хм. Вот и всё. Никаких преувеличенных описаний предполагаемой красоты кольца, наполненных лирикой. Никаких упоминаний о качестве серебра или лунного камня. Никакой оценки. И единственная фотография, на которой, казалось, были видны царапины и небольшие вмятины на металле. В этом кольце определённо было что-то большее, чем казалось на первый взгляд. Деверо лениво задавался вопросом, может, Сара Гринсмит знала что-нибудь об его очевидной важности и намеренно отказалась сообщить ему. С неё станется. И всё же, каким бы интригующим ни было кольцо, Деверо пришёл сюда не за этим. Он снова закрыл глянцевый каталог и откинулся на спинку стула, чтобы понаблюдать за происходящим — и в особенности за тёмной склонённой головой Кристофера Солентино.
***
Аукцион прошёл быстро. Серьги ушли за солидные девять тысяч евро. Пятый лот, бриллиантовое колье, которое можно было украсть, вызвал ажиотаж и небольшую войну торгов между итальянским джентльменом, которому было под шестьдесят, и американкой, на которой уже имелось достаточно тяжелых украшений, чтобы потопить небольшую рыбацкую лодку. К тому времени, когда молоток завершил торги по продаже браслета, принёсшего имуществу Висконте Гатто солидную сумму в сорок две тысячи евро, атмосфера в зале накалилась на несколько порядков.
Солентино уже несколько минут ёрзал на стуле, и его возбуждение росло до такой степени, что Деверо начал сомневаться, нет ли у него геморроя. Это, безусловно, объясняло бы бледность его кожи. Однако, когда появился мускулистый мужчина-модель с кольцом с лунным камнем, он резко выпрямился. Алина, стоявшая рядом с ним, сделала то же самое, обвив рукой шею Солентино.
