— Это требует деликатности, мистер Вебб. Мне нужна утончённость, а не слон в посудной лавке. Всё, что нам требуется — это информация. Количество доказательств, подтверждающих эту информацию, невелико. Если что-то указывает на то, что они действительно пытаются напасть на нашу страну, тогда расскажите нам всё, что можете, и мы будем исходить из этого. Если это не так, мы передадим всё, что вы узнаете, европейским властям и позволим им разобраться с ситуацией.
Это показалось достаточно простым.
— Как мне связаться с вами, если понадобится?
— Мы должны свести контакты к минимуму, — она кивнула в сторону папки. — Там, внутри, вместе с подробной информацией о Солентино и его террористической ячейке, вы найдёте данные об учётной записи электронной почты. Каждый день, независимо от того, считаете ли вы, что вам есть о чём сообщить, или нет, вам нужно использовать эту учётную запись, чтобы написать черновик электронного письма и сообщить мне о своих успехах. Каждый день. Если вы ничего не напишете, я предположу худшее, вызову кавалерию и раскрою ваше прикрытие, — выражение её лица было суровым, и Деверо внезапно почувствовал себя семилетним мальчиком, которого отчитали за то, что он играл в футбол на автостоянке. — И это важно. Не отправляйте ничего по-настоящему, ни в электронном виде, ни каким-либо другим способом. У нас нет реального представления о возможностях Солентино и его банды, поэтому крайне важно быть осторожными и избегать любых цифровых следов, которые он мог бы отследить. Оставьте письмо в папке с черновиками, и я получу к нему доступ. В случае чрезвычайной ситуации позвоните в посольство Великобритании и спросите Максимиллиана Джонса. Но это только в экстренных случаях. В противном случае я подожду, пока не сочту, что это безопасно, и сама свяжусь с вами напрямую. Это понятно?
Деверо одарил её обезоруживающей улыбкой.
— Конечно.
Гринсмит поднялась на ноги.
— Хорошо. Я оставлю вас здесь, чтобы вы прочитали досье и запомнили его содержание. Когда вы закончите, вам придётся оставить папку здесь, но вам будет приятно узнать, что я указала реквизиты банковского счета с небольшой суммой средств, которые находятся в вашем распоряжении. Однако, пожалуйста, не расточайте деньги налогоплательщиков, мистер Вебб. Я также забронировала для вас номер в отеле в центре Рима. Он уже оплачен.
Она взглянула на часы.
— У Кристофера Солентино есть билеты на закрытый аукцион, который состоится сегодня вечером в этом самом отеле. Мы купили билет и для вас. Это даст вам возможность сделать свой первый шаг. Возможно, вы сможете познакомиться с ним и затем пригласить его выпить в баре отеля. Или, может быть, он узнает вас и сам подойдёт. Это было бы идеально, — она пожала плечами. — В любом случае, я оставляю это на ваше усмотрение. В таких вещах лучше всего импровизировать на месте, — Гринсмит потянулась к дверной ручке. — Когда будете готовы идти, постучите в дверь, и вас выпустят. Ваша сумка будет возвращена вам. Ваш рейс отправляется через сорок пять минут, поэтому я предлагаю вам начать читать, — она одарила его яркой, ослепительной улыбкой, которая была совершенно нехарактерна для неё и взволновала его гораздо сильнее, чем всё остальное, что она сказала или сделала. — Удачи, мистер Вебб.
Глава 4
Рим был совершенно очарователен. Деверо расплатился с таксистом, когда они подъехали к отелю Кондотти, вышел из машины и огляделся по сторонам. Он был лондонцем до мозга костей, и это был его первый визит в Италию. До сих пор самым близким к чему-то по-настоящему итальянскому, что он пробовал, была пицца «Домино». Стыдно, но это правда. В любом случае, он должен был признать, что пребывал под впечатлением. Город казался грандиозным и волнующим, хотя в то же время смутно знакомым, а окружающая его арочная архитектура, а также сочетание древнего и современного со всем остальным, что находилось между ними, завораживали. И пахло здесь заметно по-другому, хотя Деверо, как ни старался, не смог бы подобрать подходящих слов для множества ароматов. Он отошел в сторону, уступая дорогу приближающемуся мопеду, и усмехнулся про себя. Впервые за несколько дней он не сомневался в своём решении работать на МИ-5. Он мог себе представить, что очень быстро привыкнет к такому образу жизни.
В последний раз вдохнув пьянящий римский воздух, Деверо повернулся и направился в отель. Тот оказался величественнее, чем он ожидал. Его взгляд скользнул по отделке из красного дерева и латуни, отполированной до блеска, а затем он направился к стойке администратора.
—
— Добрый день, мистер Вебб, — ответила администратор на безупречном английском. — Мы ждали вас.
