Да, да. Деверо хмыкнул. Вечер обещал быть долгим, и, несмотря на его возросшую силу, он подозревал, что будет чудом, если ему удастся выбраться из Колизея без переломов и отделаться хотя бы незначительной потерей крови.
— Тогда давайте начнём, — сказал он. — Мне уже не терпится.
***
— Да вы, бл*дь, издеваетесь, — Деверо уставился на себя. Его отвели в небольшой закуток, скрытый от глаз толпы, и выдали новый комплект одежды, чтобы он надел его. Хотя называть этот нелепый костюм «одеждой» было оскорблением моды.
— Я думаю, ты выглядишь сексуально, — Скарлетт оглядела его с ног до головы, насмешливо забавляясь.
— Ты получаешь от этого слишком сильное удовольствие, — проворчал он, раздражённо дёрнув себя за белую тунику, которая едва доставала ему до середины бёдер.
— Ты оборотень, Деверо. Прошлой ночью ты висел на стене здания совершенно голый. Можешь не беспокоиться о скромности.
— Я бы предпочёл остаться голым, чем носить это, — он сердито посмотрел на Скарлетт. Его беспокоила не туника сама по себе, и не тот факт, что она обнажала значительную часть его кожи. Всё дело в театральности тонкого красного плаща, пластикового нагрудника, который, видимо, должен был выглядеть как доспехи, но не остановил бы даже рьяного комара, и сандалий, шнурки которых оплетали ноги до лодыжек. — Я не ношу маскарадные костюмы.
Скарлетт рассмеялась.
— Теперь носишь.
— Как только я обращусь, наряд всё равно будет испорчен. Нет смысла его надевать.
— Я начинаю думать, что джентльмен слишком много протестует, — в её глазах заплясали огоньки. — Кроме того, именно по этой причине одежда не очень хорошего качества. Она предназначена для того, чтобы её портили.
— Она предназначена для дураков.
Она всё ещё широко улыбалась.
— У Николо Моретти есть пристрастие к наказаниям.
Сам Моретти воспользовался моментом, чтобы подойти к ним.
— Я не ослышался, моё имя произнесли всуе? — его взгляд скользнул от Скарлетт к Деверо. — Вы выглядите чудесно. Мы должны повторить это селфи и на этот раз включить в него вас, — он махнул рукой в сторону тела Деверо. — Это намного лучше, чем другая ваша одежда.
Вот уж едва ли.
— Неужели все, с кем я буду драться, будут так одеты?
Улыбка Моретти чуть ли не расколола его лицо надвое.
— Нет, — сказал он. — Только вы, — он подмигнул, когда откуда-то из глубины Колизея донёсся протяжный звук трубы. — Теперь нет времени переодеваться обратно. Это сигнал для вас.
— Невероятно, чёрт возьми.
Скарлетт потянулась и похлопала Деверо по обнажённой руке.
— Из тебя получился очень привлекательный гладиатор. Постарайся, чтобы тебя не убили, Дэв. Позже нас ждёт серьёзная работа.
Он одарил её своей самой фальшивой улыбкой.
— Да, да, — он закатил глаза и удалился под одобрительный рёв публики. Что за фарс.
Николо Моретти был слишком большим шоуменом, чтобы нуждаться в микрофоне. Он вышел на середину небольшой сцены перед Деверо и широко раскинул руки.
— Дамы и господа! Уважаемые гости! Мы приветствуем вас на сегодняшнем представлении. Наш соперник англичанин, и, следовательно, в его интересах процесс будет вестись на этом языке. В конце концов, ему понадобится любая помощь, которую он сможет получить.
Зрители захихикали. Их реакция не была подобострастным весельем. Это был неподдельный юмор. Никто, кроме него самого, и, возможно, Скарлетт, не ожидал, что он преуспеет здесь.
Моретти продолжил.
— Я знаю, что вы все слышали о Деверо Веббе. Его уже называют легендарным оборотнем, которого четыре раза укусили, прежде чем он был обращён. Судя по всему, он настоящий отщепенец, — Моретти сделал эффектную паузу. — Но сможет ли он оправдать свою собственную легенду или нет, будет определено сегодня вечером!
На этот раз толпа взревела от предвкушаемого восторга. Деверо понял, что они жаждут крови. Эти люди, наблюдавшие за происходящим сверху, пришли сюда ради жестокого насилия, и только ради жестокого насилия. Он заметил, что несколько мужчин и женщин перешёптываются и передают друг другу пачки банкнот, и понадеялся ради них, что они делают ставку на него, а не на семерых его противников, хотя, судя по их реакции, он в этом сомневался. Деверо медленно повернулся кругом на месте, демонстрируя свой ужасный костюм — и полное отсутствие страха — всем зрителям. Он родом из лондонской глубинки. Он боролся за всё, чего когда-либо достиг, и не боялся играть грязно. Эти итальянские оборотни не поймут, что их настигло. Он внимательно оглядел толпу и слегка напрягся, когда заметил на втором ярусе одинокую фигуру в мотоциклетном шлеме. Значит, человеку Солентино каким-то образом удалось пробиться в число зрителей. Деверо, несомненно, поставил бы ему высокие оценки за упорство.
Труба пропела снова. Моретти отступил, оставив его одного на сцене. На мгновение взгляд Деверо отыскал Скарлетт. Он украдкой указал на Мистера Мотоцикла, надеясь, что она его заметила. Однако у него не было времени убедиться в этом, потому что именно тогда появился его первый противник.
