— Ах, тебе здесь лучше! — крикнул он на весь зал, потеряв всякое самообладание. — Вставай, говорю, а не то… — и он выразительно хлопнул рукой по кобуре маузера, высовывавшегося из-под френча.
— Гражданин, ведите себя повежливее, — попытался утихомирить Чхиквадзе возмущенный Корнелий. — Нельзя так обращаться с женщиной.
— А ты не суйся не в свое дело, — оборвал его Чхиквадзе. — Сидишь — ну и сиди, раз тебя не трогают.
— Не трогают? А ты попробуй! — в свою очередь повысил голос Корнелий.
— Молчи! Убирайся отсюда, пока я не отправил вас куда следует. Знаю, что вы за фрукты! — взревел Чхиквадзе.
Корнелий вскочил как ужаленный:
— Сам убирайся, негодяй!
— Ты это кому?.. — Чхиквадзе выхватил маузер.
Мито успел ударить его по руке. Раздался выстрел. Сжав Чхиквадзе руку, Корнелий заставил его выпустить оружие. Кукури поднял упавший на пол маузер.
Женщины начали кричать. Чхиквадзе быстро скрылся. Публика бросилась к выходу. Картежники, игравшие в казино, в панике рассовывали по карманам деньги.
Когда Чхиквадзе выстрелил, Корнелию показалось, что кто-то палкой ударил его по левой ноге. Собравшись снова сесть, он почувствовал, что нога онемела. Он бессильно опустился на стул. Под его ботинком растекалась лужа крови…
К столику, который занимали Корнелий и его приятели, подошел мужчина в черкеске. До этого он сидел с офицерами, занимавшими стол в противоположном углу зала. Корнелий узнал в нем бывшего старшину их батареи — Сосо Лазришвили.
Разрезав шнурок, Лазришвили снял с простреленной ноги ботинок и осмотрел рану. Пуля попала в ступню и вышла около пятки.
Бывалый старшина туго затянул ногу выше колена салфеткой, а другой салфеткой перевязал рану.
Взяв у Кукури маузер, Лазришвили посоветовал отвезти Корнелия в больницу.
Мито и Кукури подставили Корнелию свои плечи. Опираясь на них, он сошел с лестницы и сел в фаэтон, вызванный официантом. Они поехали в Михайловскую больницу. Гига сидел рядом с Корнелием. Мито — на переднем сиденье, Кукури стоял на запятках.
— Мерзавец, что он натворил! — ругался Кукури и в то же время упрекал себя: — И пришло же мне в голову пригласить вас в этот проклятый клуб!
Фаэтон въехал во двор больницы.
Корнелия сейчас же взяли в операционную и, наложив асептическую повязку, положили на койку.
Дежурный врач вызвал Мито и Гига к себе в кабинет.
— Рана опасная, — сказал он. — Советую оставить раненого на ночь в больнице. Утром его осмотрит главный хирург. Тогда решим, как быть дальше.
— Не знаю… — заколебался Мито. — Разрешите позвонить к нему домой.
— Подожди, — возразил Гига, — сейчас три часа, ты переполошишь людей.
— Что же тогда делать?.. — размышлял Мито.
— Позвоните и скажите, что рана легкая, — посоветовал врач.
Резкий телефонный звонок поднял Дата Микеладзе с постели.
— Корнелий легко ранен в ногу, — услышал он. — Мы с ним в больнице. Оставить ли его на ночь здесь или вы приедете за ним…
— Корнелий ранен? — переспросил спросонья Дата.
Елена вскрикнула. Когда она немного успокоилась, супруги оделись и вышли из дому…
На улице не было ни души. На Плехановском проспекте повстречался извозчик. Длиннобородый кучер лениво погонял утомленных лошадей.
— В Михайловскую больницу! — окликнул его Дата.
— В больницу не повезу, домой еду, в Дидубе.
— Пойми — родственник у меня там, ранили его, — стал объяснять Дата.
Тем временем Елена уже села в фаэтон.
— Куда ты? — рассердился извозчик. — Сказал же, что не поеду в больницу!
Дата вспылил:
— Поворачивай, я тебе приказываю!
— А ты не приказывай, много вас таких найдется!
Дата вскочил в экипаж, вырвал из рук кучера вожжи и попытался повернуть лошадей.
— Ну, ну, не балуй! — уже совсем рассердился извозчик и взмахнул кнутом.
Не в силах сдержать себя, Дата палкой ударил извозчика по спине.
На скандал подоспел дежурный милиционер.
— В чем дело? За что вы его бьете?
— Внушаю гражданину извозчику сознательность, — ответил потерявший всякое самообладание Дата и затем, назвав себя, уже спокойно объяснил суть дела.
Милиционер принял его сторону и в свою очередь накричал на извозчика.
— Ладно, поедем, — согласился тот.
Елену удивила горячность, которую ее муж, всегда спокойный, уравновешенный, проявил только что в инциденте с извозчиком.
Задыхаясь, они торопливо вошли в кабинет дежурного врача. Тот провел их в палату. У изголовья Корнелия сидели Кукури и медицинская сестра. Елена бросилась к племяннику.
— Корнелий, милый, что с тобой?.. Кто тебя ранил?.. Как это случилось?..
— Пустяки, тетя, ничего особенного, — старался успокоить ее Корнелий.
Заметив, что Корнелий пьян, Дата нахмурился. Решено было отвезти Корнелия домой. Гига, Мито и Кукури помогли раненому сесть в фаэтон. У ворот больницы их ждали Кати и Маргарита. Они очень волновались.
— На войне уцелел, а здесь этот негодяй чуть не убил его! — возмущалась Кэти.
Она взяла Гига за руку и отвела в сторону.
— Домой не ходите, вас и Мито хотят арестовать…
— Кто вам сказал?
— Случайно подслушала.
— Спасибо, большое спасибо! — и он крепко пожал ей руку.
