После занятий я услышала то, что вызвало шок и гнев. Сестра предложила разделить мой дом на двоих. Естественно я отказала. Не хочу жить с кем-то, тем более с Агнесс, которая вечно создает правила. Если она решит подключить маму к мольбам поселиться вместе, я расскажу настоящую причину ее присутствия в этом городе. Пусть считают меня предателем, последней сукой, которая не ценит семью, мне все равно. Людям свойственно думать о том, что не является правдой.
Подойдя к машине, замираю на месте. рассматривая колеса.
— Что-то новенькое, — раздается комментарий сзади, но я рассматриваю повреждения. — Кому ты так неудачно дорогу перешла?
— Осборн, иди к черту!
— Не стоит так разговаривать с человеком, который через секунду станет твоим героем.
Вот еще его глупых подколов не хватает. Кто мог это сделать?.. Я даже друзей не успела завести, а уже нажила врагов.
— Садись в мою малышку, я вызову эвакуатор.
Это звучит как оскорбление. Вообще я не люблю срываться на людей, но в этой ситуации сложно контролировать эмоции и внутреннюю агрессию. Моя «малышка» травмирована, а самое ужасное — я не знаю, кто мог это сделать.
— Мне не нужна помощь! — заявляю я, набирая номер эвакуатора.
— Ладно, тогда иди пешком.
— Ладно!
На лице парня замечаю явную агрессию. Жаль, что подобное состояние прямо сейчас наблюдается и у меня. Осматриваю окружающих людей; они усмехаются. Хочется накричать на каждого из них, однако пытаюсь сосредоточиться на звонке.
Когда эвакуатор обещает приехать через десять минут, выдыхаю, но вижу Хейла. Не понимаю, чего этот парень ожидает. Да, у меня проблемы, но справиться с ними легче простого, а вот выяснить, кто это сделал, — сложнее.
Постепенно на парковке пустеет. Заметив Джека, начинаю краснеть. Не очень удобно находится в такой ситуации при человеке, к которому испытываешь симпатию. Касаясь ладонью лба, все также осматриваю повреждения, пытаясь сосредоточиться на них, но это явно выходит не так, как ожидается.
— Серьезно? — спрашивает Хейл, посмотрев в мою сторону удивленным взглядом. — Ровена, твой вкус ужасен.
— Ты до сих пор здесь? — с явным сарказмом спрашиваю я, обернувшись.
— Это тот самый парень, который запал тебе в душу? — уточняет он и прижимает капот джипа копчиком. — Столько вариантов вокруг, а ты выбрала этого парнишку? Серьезно?!
Заметив эвакуатор, с облегчением выдыхаю, махая рукой водителю. Есть вариант, что меня добросят до дома, что немало важно. На парковке есть камеры, которые позволят найти «вредителя», и тогда я обрушусь на него как цунами.
Мужчина лет сорока выходит из автомобиля и без лишних разговоров вытягивает трос. Мирно наблюдаю за происходящим, ожидая результата, а через пару секунд машина оказывается на платформе. Роюсь в сумке, чтобы найти чек, который любезно предоставила моя мать на случай важных ситуаций, а когда нахожу, с улыбкой протягиваю его мужчине.
— В салон или домой? — уточняет он, кинув взгляд на мою машину.
— По нужному адресу будьте добры.
Мужчина пристально смотрит в глаза, пока я испытываю дискомфорт. Не люблю, когда незнакомый человек смотрит подобным образом. Неприязнь чувствуется так, что хочется сбежать, однако сейчас этот человек работает на меня, ведь оплата уже осуществлена.
Пришлось услышать отказ насчет того, чтобы докинуть меня до дома. «Это вам не такси», — закатил глаза мужчина и отправился на водительское место. Не понимаю, что сложного в просьбе, ведь ехать только в одну точку, которая находится в десяти минутах езды. Стою на парковке и наблюдаю, как эвакуатор выезжает на шоссе. Главное — собраться и решить проблему. Все мои знакомые из компании уже давно разъехались, да и Хейл кого-то ожидает, оглядываясь по сторонам.
Выпрямившись, иду к выходу с парковки. Гулять — полезно.
Добравшись до дома, в очередной раз убеждаюсь, что дыхательная система находится в ужасном состоянии; сердце бешено колотится, хотя шаг был прогулочным. Машина стоит на обочине, но я решаю заняться ей позже. Сбросив с себя одежду, направляюсь в душ, с желанием расслабиться. Прохладная вода вызывает приятные мурашки по коже, которые мгновенно вызывают улыбку на лице. Хорошо чувствовать покой. Чувство наслаждения полностью окутывает тело, но оставляет голову в холоде.
Разбирая вещи, натыкаюсь на копию тетради отца. Я уже забыла о ней, хотя так рвалась прочесть. Присев на край кровати, отгибаю титульный лист и натыкаюсь на потрясающий шрифт, который крючками обвивает каждую букву. На глазах проступают слезы, когда разум осознает, что записи человека, которого я люблю, останутся существовать в этом мире даже тогда, когда человек, писавший их, ушел. Ушел так, словно его и не существовало. Оставив только моменты, который кажутся игрой воображения.
