Припарковав машину, вижу Агнесс, которая стоит у главного входа с телефоном в руках. Вчера со мной разговаривала мама. Сложно назвать это разговором двух сторон, скорей — дебют монолога. Женщина долго выражала восхищение к средней дочери, говоря, какая Агнесс умница. Я могла бы подумать, что мама перепутала номера, но мое имя следовало в сопровождении после каждого предложения. Жутко раздражает, что у нее есть любимица в лице Агнесс, ведь она — желанный и долгожданный ребенок. Лизи появилась «по случайности», поэтому мама и Барри сразу поженились, чтобы у ребенка была полноценная семья. После появления Агнесс, которую родители планировали и пытались зачать долго и упорно, Лизи ушла на второй план. Именно этого я и не понимаю. Как можно выделять одного ребенка, занижая самооценку другому?..
Когда мама ушла от Барри из-за того, что тот начал распускать руки, в ее жизни появился мой папа. Она описывала этот момент словами спасенного человека; глаза ее светились, а улыбка сияла на лице. Я получилась по случайности, но папа ожидал ребенка. Мы с ним были очень близки насколько это вообще возможно. Папа мечтал о мальчике, но родилась девчушка с голубыми, как небо глазами, но это не повлияло на его любовь. Он часто поддерживал меня, говоря все искренне. Никогда не забыть тех глаз, которые с нежностью дарили поддержку и понимание. «Если мама ругается, иди к папе», — я всегда так считала и делала. Поэтому можно смело назвать меня папиной дочкой, на что я ни капельки не обижусь, а наоборот вознесу человека в своих глазах на самый верх. «В любви ни кому не везет, но эта игра стоит свеч», — так считал папа. По-сути у него ничего не было кроме семьи, поэтому семья заменила все.
— Ты опоздала! — вздыхает Агнесс, пока разводит руками. Быстро поднимаюсь по ступенькам, придерживая платье, чтобы то не подлетало. Заметив Хейла в холле, закатываю глаза и поворачиваюсь к сестре. У него, что?.. Ускоритель в джипе или…
— На выходных едешь домой? — уточняет девушка. — Мама хочет провести семейный ужин, а в воскресенье вместе пойдем на службу.
— В субботу я обещала помочь миссис Диксон с ноутбуком, поэтому в другой раз.
— Рови, это несправедливо! С какой-то незнакомой старухой ты проводишь больше времени, чем с семьей.
Кинув взгляд в сторону, вижу, что Хейл склонился над моделью, имя которой постоянно вылетает из головы. Это так противно, если знать о том, что они сводные брат и сестра.
Вздохнув, открываю дверь и иду прямо по коридору, не обращая внимания ни на сестру, которая пытается догнать меня, ни на Хейла, который наблюдает «исподтишка». Их семейные интриги меня никак не интересуют, поэтому пусть обжимаются, где хотят. Зайдя в аудиторию, направляюсь на место, за которым обычно всегда сижу. Повезло, что профессор еще не пришел, возможно, сегодня мой день, если упустить момент с будильником.
Агнесс присаживается рядом, злобно осматриваясь по сторонам. Я тоже заметила, что Редмонда нет. Совсем забыла расспросить Хейла про него, ведь до сих пор непонятно в ссоре эти двое или просто решили отдохнуть друг от друга (любовнички). Когда в аудиторию заходит «веселая семейка», занимаюсь своими делами, чтобы не думать о поцелуе, который был между нами в недавнем времени.
Поскольку мама в последнее время имеет свойство — раздражать, хочу найти вечернюю смену в каком-нибудь кафе, чтобы никак не зависеть от родителя. До этого работать не приходилось, но я мечтала о самостоятельности, тогда почему бы не попробовать сейчас? У меня есть свободное время и желание зарабатывать.
Потянувшись, массирую плечо, а глаза закрываются. Впервые за долгое время я не выспалась, поэтому состояние мутное, но приятное. Когда профессор заходит в аудиторию, закрываю ноутбук, отложив дела до перерыва. Если я начну совмещать работу и учебу, в моем арсенале закончится свободное время, и, кто знает, возможно, Хейл и Редмонд перервут спор, который затянулся. Смотря на этих двух парней, сложно сказать, чего именно они хотят, это и усложняет ситуацию. Кинув взгляд на парочку, сидящую на первом ряду в начале аудитории, наблюдаю за грустным Хейлом, который развалился на стуле, смотря прямо перед собой. Сложно представить нас вместе. Неужели Осборн серьезно говорил об отношениях?..
Под конец первой лекции на телефон приходит сообщение с незнакомого номера, где Редмонд представляется и пишет, что у него есть новость. Я воспринимаю все как шутку хотя бы потому, что мой номер узнать не так-то просто, хотя стоит вспомнить Зои. Пытаясь печатать быстрее, замечаю, что Хейл бросил свою модель и пересел на место рядом, которое удивительным образом оказалось свободным. Бегая глазами от Осборна к парню, который сидел до этого рядом, ловлю взгляд недовольной модели. Ее злость подчеркивают брови, они будто бы стремятся встретиться на середине тонкой переносицы носа, чтобы создать монобровь. Серые глаза меняют направление довольно-таки часто, но также часто они с презрением возвращаются на меня.
