Ранним утром двое подростков обнаруживают на пляже в Майами мертвую красавицу — преступник установил тело в молитвенной позе лицом к восходящему солнцу. Спешно вызванные полицейские подозревают, что это дело рук серийного убийцы. Для раскрытия чудовищного преступления необходимо найти и других жертв, и здесь требуется помощь ФБР. Агент Тесс Уиннет — блестящий профессионал-одиночка с уникальной интуицией, но чтобы выследить именно этого убийцу, одной интуиции недостаточно — Тесс придется столкнуться с призраками далекого прошлого и одолеть собственный страх.
Она попыталась открыть глаза, но налитые свинцом веки ей не повиновались. Накатила тошнота, она с трудом сглотнула, пытаясь унять спазм и дрожь. Пересохшее горло саднило. В голове царил полнейший сумбур, но девушка попыталась собраться с мыслями: где она? Как сюда попала? Что, черт возьми, происходит? Одревеневшее тело не слушалось, словно ее выдернули из глубокого сна или даже из комы. Попытка пошевелить руками тоже не увенчалась успехом. Что-то сковывало движения, хотя и не причиняло боли. А может, она просто не в состоянии ощущать боль?
Глаза понемногу привыкли к темноте, и ей удалось разглядеть человека, который бесшумно передвигался по комнате. Его неясный силуэт вызвал вереницу воспоминаний в затуманенном сознании. У нее разом перехватило дыхание, по опухшим щекам градом покатились слезы.
Внезапно ее захлестнула волна адреналина, и она забилась, отчаянно пытаясь высвободиться из пут. Но в результате начала задыхаться — теперь каждый глоток воздуха требовал невероятных усилий. Ужас сковал горло и начал растекаться по телу — она беспомощно брякнула оковами, слабея с каждой секундой. Ее снова окружила кромешная тьма, на этот раз порожденная ее же измученным разумом. Девушка сопротивлялась этой темноте, пытаясь подчинить себе вероломное тело.
Ее возня привлекла внимание мужчины.
— А, смотрю, ты проснулась. Прекрасно, — бросил он, не оборачиваясь.
Она увидела, что мучитель положил в небольшую металлическую кювету шприц. Звякнула рукоятка поршня, затем раздался другой звук — характерный скрежет пилочки, подтачивающей горлышко стеклянной ампулы. А потом послышался тихий треск — мужчина вскрыл ампулу. Вслед за этим он взял шприц и, набрав какую-то жидкость, осторожно выдавил поршнем воздух, пока с иглы не скатилось несколько капель.
Девушку замутило, и она на секунду прикрыла глаза.
— Вот дерьмо, — пробурчал мужчина, выдвинул один из ящиков и принялся лихорадочно в нем копаться.
Затем она почувствовала, как ей глубоко в бедро вонзилась игла, слабое жжение от поступающей в мышцу жидкости и то, как из нее выдернули иглу. Но она ощущала это отстраненно, как будто укололи кого-то другого. Девушка снова потеряла сознание и обмякла в путах.
Тогда мужчина сунул ей под нос пузырек с нашатырем, и ее со скоростью молнии вновь вышвырнуло в реальность. Боль и гнев переполняли ее, отчаянье на время придало сил, и она снова попыталась вырваться из оков. Но замерла, стоило ее взгляду сфокусироваться на человеке, который стоял перед ней.
Прямо перед ее глазами он держал скальпель. Сам по себе этот поблескивающий небольшой серебристый предмет был способен принести как потрясающее исцеление, так и невыносимую боль. Все зависит от руки, которая его держит. Но она знала, что в ее случае никакого исцеления ожидать не приходится. Только боль.
— Нет, нет, пожалуйста… — взмолилась она. Из заплывших глаз снова хлынули обжигающие слезы. — Пожалуйста, не надо. Я… Я сделаю все, что вы хотите.
— Я готов, — провозгласил мужчина. Он казался спокойным, собранным и невозмутимым. — А ты готова?
— Нет, нет, пожалуйста… — зарыдала девушка.
— О да, — тихонько, почти шепотом, проговорил мучитель, склонившись к ее лицу. — Продолжай говорить «нет». Мне так это нравится!
Перепуганная до смерти, она умолкла. На этот раз было по-другому. На этот раз он был другим.
— А если нас поймают? — боязливо прошептала девушка своему приятелю, решительно шагавшему по темной улице.
Ночь давно спустилась на городок, но парочка, подсвечивая себе фонариком из смартфона, в хорошем темпе упорно продвигалась к цели — прямо по середине проезжей части. Тротуары здесь считались излишними, а подходить к погруженным во мрак фешенебельным домам, высившимся по обеим сторонам улицы и наверняка оснащенным фонарями с датчиками движения, молодым людям не хотелось — совершенно ни к чему, чтобы лампы вспыхивали на каждом шагу.
Девушка дернула спутника за руку, но тот и не подумал остановиться.
— Карл, я понимаю, что тебе пофиг мнение родаков. А мне — нет! Если нас застукают, меня, блин, запрут дома навечно.
Парень невозмутимо шагал вперед, крепко сжимая ее ладонь.
— Карл! — сдавленным шепотом вскрикнула девушка. В ее голосе слышалась нескрываемая тревога.
Карл остановился и, развернувшись, вгляделся в нее. Чуть нахмурился, прочитав душевную муку на лице подружки, а затем с ободряющей улыбкой заправил ей под капюшон толстовки выбившуюся прядь.
— Крис, здесь же никого нет. Никто нас не за метит. Оглянись! Ни огонька за окнами! Все спят. Хр-р-р-пш-ш-ш. Пять утра как-никак.
— Да знаю, — вздохнула девушка, — вот только…
Карл с нежностью чмокнул ее в надутые губки, по-мальчишечьи робко и неумело.
— Все пройдет отлично, обещаю, — прошептал он и снова схватил подружку за руку. — Пошли, мы почти на месте. Тебе понравится, вот увидишь!
