Литвиненко. Расследование полностью

4.111 Письменное свидетельство Накли было зачитано Расследованию. Он вспоминает первую встречу с Литвиненко летом 2004 года, когда он расследовал атаку с зажигательными бомбами на дома Литвиненко и Закаева (см. 4.26). Он добавил: «Я верю, что он был известен генеральному директору Киту Хантеру и раньше».

4.112 Далее Накли указал: «Наша компания решила использовать [Литвиненко] в качестве источника». Он сказал, что попросил своего сотрудника Эванса руководить Литвиненко, и что когда в феврале 2006 Эванс покинул RISC, он «передал управление Литвиненко Дэну Квирке», другому сотруднику RISC.

4.113 Эванс дал устные показания Расследованию, и его показания в большой степени совпадали с показаниями Накли. Он вспомнил, как был представлен Литвиненко или Накли, или Хантером, или и тем и другим, в середине 2005 года. Хотя ему и было сказано, что он будет работать с Литвиненко, и оба они встречались в лондонском офисе RISC около 7–8 раз в последующие месяцы, не складывается впечатления, что Литвиненко действительно был задействован в каких-либо расследованиях для RISC в то время, как Эванс руководил им. Эванс сказал, что когда они встречались, они обсуждали российскую политику. По словам Эванса, Литвиненко старался установить какие-то отношения с RISC. Какие-то отношения между RISC и Литвиненко должны были завязаться, потому что Эванс помнит, как по просьбе Литвиненко выдал ему два мобильных телефона и сим-карты; Эванс предположил, что они должны были служить для поддержки связи с его «сетью контактов». Накли свидетельствовал, что RISC зашел дальше, и заплатил Литвиненко lb1,000 наличными в ознаменование начала сотрудничества. Он сказал, что Эванс сделал бы платеж, но поскольку Эванс не имел даже «туманного воспоминания» oб оплате Литвиненко даже гораздо меньших сумм за расходы, он этого не помнит. Еще одним важным моментом свидетельства Эванса стало его воспоминание о том, как Луговой и Литвиненко встретились в офисе RISC в Лондоне в последнем квартале 2005 года.

4.114 Квирке дал устные показания Расследованию. Он сказал, что был представлен Литвиненко в феврале или марте 2006 года, незадолго до того, как Эванс покинул компанию и Квирке пришлось взять на себя руководство Литвиненко. По его словам, Литвиненко «старался организовать бизнес, много работал. Я думаю, ему не хватало денег, Думаю, что фиксированная сумма денег, которые он до того получал от Березовского, прекратили поступать, оставив брешь в его бюджете».

4.115 Квирке сказал, что после того, как Литвиненко перешел к нему, у них было шесть встреч, последняя — 17 октября 2006 года, и в свое время я к ней вернусь.

4.116 Услышанное мной свидетельство говорит о том, что официальное поручение выполнить первое собственное расследование поступило к Литвиненко от RISC примерно в момент его перехода от Эванса к Квирке. Накли уверен, что первую часть работы он дал Литвиненко в первом квартале 2006 года. Показания Квирке по большей части совпадают: он верит, что выполнение задания началось вскоре после того, как он вступил в полномочия Эванса. Дело, порученное Литвиненко, было рассчитано на долгую перспективу. RISC представляла интересы водки под маркой Stolichnaya. Квирке объяснил, что в интересах Stolichnaya RISC вели расследования спонсированной российским правительством схемы, призванной лишить компанию бизнеса, и, как он выразился, «наводнить рынок более дешевыми версиями товара». Задание, полученное Литвиненко, очевидно, от Накли, представляло собой расследование, которое надо было провести относительно министра сельского хозяйства Гордеева.

4.117 Литвиненко вел расследование не в одиночку. Он получал помощь от Лугового. И Накли, и Квирке свидетельствуют, что Литвиненко и Луговой встречались в лондонском офисе RISC примерно в апреле-мае 2006 года, когда представляли результаты своего расследования. Накли и Квирке не были ими впечатлены, потому что «расследование не соответствовало ожидаемым стандартам… казалось, что оно было составлено на основе базы данных, полученных из российского интернета». Луговой попросил $10,000 за информацию; Квирке сказал, что Накли согласился заплатить $7,500 на счет Лугового на Кипре, частично потому что «мы хотели развить и построить наши отношения».