Он холодный и расчётливый. У него нет слабостей, кроме любимого сына. Но она вихрем врывается в его жизнь, становясь его проклятьем, его наваждением, его сердцем. Р
Он холодный и расчётливый. У него нет слабостей, кроме любимого сына. Но она вихрем врывается в его жизнь, становясь его проклятьем, его наваждением, его сердцем. Их случайная встреча изменит их привычный мир. Что они будут делать с неожиданно свалившимися на голову чувствами? Бежать от них или бороться?
— Прошу! Подыграй мне, — хмурится девушка, а в её глазах начинают блестеть слёзы. — Я не требую ничего криминального.
— Заставить ревновать мужчину, который трясётся над тобой? Который взглядом убивает каждого, кто на тебя посмотрит? — хмыкает парень, качая головой.
— Он думает, что мы встречаемся. Мы просто заставим его ревновать, подтолкнем его к решительным действиям, — девушка складывает руки на груди. — Я не могу больше ждать. Мне надоело, понимаешь? Надоело то, что он постоянно прячет глаза. Надоело то, что он боится прикоснуться ко мне. Он до сих пор чувствует себя виноватым…
— Не понимаю, почему ты выбрала меня, — устало выдохнул молодой мужчина.
— Потому что ты обещал мне помочь! Потому что ты сам предложил мне сыграть на его чувствах! — выпалила девушка.
— Ты так уверена, что он меня не покалечит?
— Не покалечит, он добрый, — в голосе девушки сквозит нежность.
— Только с тобой. Его до дрожи боится все студенты Академии… добрый, — нервно хмыкает он. — Надо же… добрый…
— Так ты будешь мне помогать или нет? — девушка теряет всякое терпение.
— Ладно, — тяжело вздыхает парень. — Если со мной что-то случится, то ты будешь виновата.
— Ты самый лучший! — радостно взвизгивает девушка.
Мужчина с непослушными рыжими волосами стоит у окна. Его руки сжаты в кулаки, а на лице ходят желваки. Он смотрит на парочку под окном, которая самозабвенно целуется, не обращая внимания на то, что на улице льёт дождь.
Широкие плечи мужчины опускаются вниз, когда он тяжело выдыхает. Он кладёт ладонь на стекло и пальцами проводит по нему, очерчивая чуть полноватую фигурку девушки, платье которой облепило её фигуру как вторая кожа. Во взгляде зеленых глаз сквозят нежность, любовь и сжигающая дотла ревность.
Потому что этот мерзкий мальчишка прижимает её к своей груди, а не он.
Потому что это щенок поглаживает её покатые бедра, пальцами зарываясь в мокрые русые волосы, а не он. Потому что он потерял право касаться девчонки.
С огромным трудом мужчина отворачивается от окна и, плеснув в стакан коньяк, залпом выпивает. Но огненная жидкость не унимает внутренних метаний. Только дурманит сознание, которое настойчиво шепчет ему пойти и вышвырнуть щенка за ворота дома. Схватить девчонку в охапку и присвоить себе.
Сделать её своей навсегда. Окольцевать.
Но остатки разума напоминают о том, что он совершил непростительный поступок. О том, что он причинил боль той, что стала его смыслом жизни. Его душой и сердцем. Его самой яркой звездой. За окном грохочет гром, будто вторя его безрадостным мыслям. Мужчина с трудом пересиливает себя и не выглядывает в окно, чтобы проверить — стоят ли там голубки или нет.
Рикарди
— Сколько? — со смертельной усталостью в голосе спросил я, вертя в руках серебристую ручку и откидываясь на спинку кожаного сиденья. — Сколько денег Вам нужно на лечение жены? Я могу дать Вам нужную сумму.
В ответ на свой вопрос услышал лишь оглушающую тишину. Когда мне это надоело, вскинул глаза на высокого и смертельно бледного мужчину, который переминался с ноги на ногу. Александр стоял напротив моего стола, и даже отсюда я мог видеть, что над его губой и на лбу выступили бисеринки пота. На руках и висках появились зелёные чешуйки, которые свидетельствовали о том, что мужчина сильно нервничает и вот-вот потеряет контроль над своими эмоциями. Казалось, что ещё одно мгновение, и он обернётся прямо в кабинете. Я прекрасно его понимал, не каждый день предлагают отправить свою дочь в дом к своему начальнику, в качестве гувернантки для его шестилетнего сына. Решение, конечно, не из лёгких.
— Сколько денег Вам нужно для лечения вашей жены? — настойчиво повторил я, по привычке впиваясь взглядом в его лицо, чтобы не упустить ни единой эмоции. — Я знаю, что Вашей жене нужны лекарства и помощь лекарей. Как и то, что у Вашей семьи нет достаточной суммы для этого. Не смотря на то, что Ваша зарплата выше среднестатистической, этого не хватит на то, чтобы поставить её на ноги. И я предлагаю выгодные условия.
— Поймите, — промямлил мужчина, отводя глаза и боясь взглянуть на меня, — Лилия ещё совсем ребёнок! Она не имеет опыта работа с детьми. Она ещё даже не обернулась.
— Сколько ей? — поинтересовался я, быстро прокручивая ручку в руках, хотя прекрасно знал ответ.
Ведь вся информация о девчонке лежала в папке в первом ящике в моём столе. Я не мог просить девушку, о которой ничего не знаю, следить за своим ребёнком. Даже если она меня заинтересовала.
